В конце концов ей предстояло решить, какие связи для нее важнее, и она пришла к мысли, что любовь должна стоять выше социальных условностей. Позднее она писала: «Этих пустых и легких связей я не желаю ни в теории, ни могу жить в них на практике. Женщины, которым довольно таких связей, не поступают так, как поступила я».
Талант судить о человеческой натуре подсказал Мэри Энн, что стоит положиться на Льюиса, хотя в то время он еще не принял твердого решения быть с ней. Как она отмечала в письме, «я подсчитала цену шагу, который сделала, и, если все мои друзья меня отвергнут, я готова это вынести без раздражения и обиды. Я не ошиблась в человеке, с которым связала свою жизнь. Он достоин той жертвы, которую я принесла, и я беспокоюсь лишь о том, чтобы не осудили его».
Всякая любовь есть ограничение. Мы отказываемся от других возможностей ради одной-единственной. Выступая в 2008 году на свадьбе Касса Санстейна[44] и Саманты Пауэр[45], писатель Леон Уисельтир[46] прекрасно сказал об этом:
Женихи и невесты — это люди, которые посредством любви открыли, что счастье локально по своей природе. Любовь — это революция, это пересмотр масштабов; она частная и конкретная; ее предмет — это своеобычность того мужчины и этой женщины, особость того духа и этой плоти. Любовь предпочитает глубину широте, выбирает «здесь», а не «там», она держится, а не тянется к чему-то вдали. <…> Любовь безразлична, или должна быть безразлична, к истории, неуязвима для нее — это тихая и надежная гавань, укрывающая от событий: когда наступает ночь и гаснут огни, рядом только одно сердце, только один разум, только одно лицо, которое помогает сражаться с внутренними демонами или приветствовать внутренних ангелов, и неважно, кто сейчас президент. Когда человек соглашается вступить в брак, он соглашается полностью раскрыться, и это пугающая перспектива; так что человек рассчитывает на то, что любовь способна восполнить обыденность впечатления и принести прощение, к которому неизменно взывает объективный взгляд на себя. Брак — это обнажение. Для наших супругов мы бываем героями, но никогда кумирами.
Судя по всему, на этой жизненной развилке с Джордж Элиот произошла резкая внутренняя трансформация. Она отдавала себе отчет в том, что скоро ее жизнь изменится до неузнаваемости. Возможно, она решила, что вплоть до этого момента ее жизнь состояла из череды ошибочных решений и настало время, поставив все на карту, сделать единственно верный выбор. Она прыгнула не глядя, как призывал Уистен Хью Оден[47] в знаменитом стихотворении «Прыгай не оглядываясь» (Leap Before You Look).
