— Отавиу! Я знаю, Сан-Марино способен на все! Даже на такое преступление, но в ту ночь Сан-Марино был дома и спал рядом со мной! Я за это ручаюсь. Я прекрасно помню ту ужасную ночь. Я сама подошла к телефону и узнала о смерти сеньора Григориу. Ох, этот надсадный телефонный звонок в ночной тишине! Телефон звонил довольно долго, потому что я сразу не могла проснуться. А потом не сразу добудилась и Антониу. Я была в шоке. Потом я все-таки его разбудила, и он поехал в ваш дом, приняв горсть успокоительных таблеток. Я поехать с ним не могла, потому что дети были еще слишком маленькими…
— Гонсала! Поверь! Я видел все это собственными глазами! Я не придумал этого, я не сумасшедший! Сядь спокойно в кресло и постарайся в подробностях восстановить в памяти ту страшную, роковую ночь… Почему так долго звонил телефон? Почему ты не могла добудиться Антониу?
Действительно, почему? Гонсала послушно села в кресло и попыталась припомнить, что же тогда случилось. Она была уверена, что сказала правду, но мало-помалу она стала словно бы вновь переживать случившееся. И вдруг завеса прошлого стала приоткрываться, и по мере того, как она приоткрывалась, Гонсала не спеша, говорила:
— Да, вот теперь я вспомнила, в тот вечер мне было как-то не по себе… я была словно пьяная, хотя в те времена я не брала в рот ни капли алкоголя, я же тогда кормила Тьягу. Когда все произошло, я стала искать снотворное, чтобы немного успокоиться, но не нашла. Потом Сан-Марино сказал мне, что взял его с собой, когда поехал к вам в дом. Ему было плохо, и он хотел успокоиться.
— Теперь мне все ясно! — воскликнул Отавиу. — Вот оно, недостающее звено! Прости меня, дорогая, что я повлек тебя в эту сомнительную историю, но дело обстояло следующим образом: Сан-Марино подсыпал тебе снотворное, ты заснула глубоким сном, а он в это время убил отца, расправился со мной, вернулся и лег рядом с тобой в постель. Потом ты его будила и не могла добудиться. Ему было нужно стопроцентное алиби, и он его получил. Все сходится! Ты сказала именно то, чего мне недоставало!
Отавиу взволнованно заходил по комнате.
— Сан-Марино — настоящее чудовище, он способен на все! Мы с тобой должны теперь быть очень осторожными, потому что, начав поиски правды, мы подвергаем себя смертельному риску. Но я буду охранять тебя, мы выпутаемся из его сетей!
Гонсалу не испугали слова Отавиу, она слишком долго прожила с Сан-Марино, он был ее мужем, она его не боялась.
— Что это за люди поселились в твоем доме? — спросила она. — Что они здесь делают?
— Это мои друзья, они меня охраняют, — сказал Отавиу. — Сан-Марино не везет со мной. В первый раз он выкинул меня с балкона, но я ухитрился уцелеть, второй раз он пытался расправиться со мной в психушке с помощью электрошока, но я ухитрился не только остаться в живых, но еще и все припомнил и вдобавок завел себе друзей. Теперь, я уверен, он будет пытаться убрать меня в третий раз. Но друзья не дадут меня в обиду.
— Раз это твои друзья, то познакомь меня с ними, — попросила Гонсала.
И Отавиу познакомил ее со своим другом Жувеналом, страдающим раздвоением личности.
— Мы подружились в психушке, став товарищами по несчастью, — объяснил Отавиу. — После больницы он стал жить среди байкеров, с которыми познакомился и я. Из тех времен и моя дружба с Красоткой. Она когда-то очень здорово мне помогла, прятала меня, когда я сбежал из психушки. А теперь мне снова понадобилась их помощь, и я пригласил их жить к себе. С ними я чувствую себя в безопасности, и не только я, но и все мои домашние. На днях один из этих ребят буквально спас Сели, привезя ее, домой, она чуть было не попала в жуткую переделку!
Упомянув о Сели, Отавиу сразу помрачнел.
Бедная Сели! Она теперь проводила ночи в каких-то притонах, где пробовала не только горячительные напитки, но и наркотики. Чем хуже, тем лучше — стало ее девизом. Она чувствовала себя парией и искала точно таких же. Ей было все равно, что скажут о ней люди, что с ней будет. Она не хотела жить, она мстила обманувшей ее жизни и поэтому жила так жутко. А на днях ее чуть не изнасиловали, подпоив хорошенько, а может быть, одурив какой-то травкой, но она сумела вырваться. Но не спаслась бы все равно, если бы не этот байкер, он подхватил ее на свой мотоцикл и помчался. За ним полупьяная компания гнаться не стала, да это было и невозможно. Отавиу испытывал бесконечное чувство благодарности к этому парнишке. Отавиу пытался уговорить Сели посидеть немного дома, но куда там! В тот же вечер, надев на себя какое-то жуткое тряпье, она оправилась на поиски сомнительных приключений, пытаясь обмануть нестерпимую боль, которая разъедала ее, доводила до самоуничтожения.
— Она в очень плохом состоянии, — сказал Отавиу. — А еще неделю назад я понадеялся на лучшее: они снова встретились с Тьягу, и Сели стала такой счастливой. Но потом у них что-то произошло, и она никак не может с этим справиться.
