— Запомни, — сказал он, — я не потерплю, чтобы кто-либо говорил об этой женщине в таком оскорбительном тоне! Она — само благородство! Я восхищен ею!
Гонсала вспомнила об одной из версий Арналду и спросила:
— Не хочешь ли ты сказать, что тобой движет не финансовый, а мужской интерес?
— Да, тут дело не в деньгах, а в чувствах, — подтвердил Сан-Марино, и его ответ показался Гонсале искренним.
— Неужели этой графине удалось сделать невозможное? — изумилась она. — Ты смог, наконец, забыть Еву и отказаться от Жулии?!
— Гонсала, я не намерен обсуждать с тобой свои личные пристрастия. Уходи! — резко прервал беседу Сан-Марино. — Ты напрасно потратила время, приехав сюда. Я все равно поступлю так, как сочту нужным!
Потерпев неудачу, Гонсала поехала к Отавиу, чтобы хоть немного отвести душу. Он выслушал ее, посочувствовал, нашел для нее слова утешения. Она заметно успокоилась и вдруг сказала с усмешкой:
— Ты знаешь, Антониу влюбился в графиню! Даже если бы он сам не сказал, я бы поняла это по его взгляду. Однажды мне довелось увидеть, как он смотрел на портрет Евы…
— Эта графиня и есть сама Ева! — прервал ее Отавиу.
Гонсала оторопела.
— Не может быть. Антониу бы узнал ее! И девочки тоже.
— Очевидно, она каким-то образом изменила свою внешность, — высказал предположение Отавиу. — Но аура осталась прежней, поэтому Сан-Марино так и прикипел к ней. Это еще одно, возможно, самое главное подтверждение моей догадки!
Гонсала и теперь ему не поверила. И тогда он выложил все имевшиеся у него улики, включая медальон с изображением святой Терезы.
Гонсала была потрясена его доводами, а Отавиу почувствовал, что еще на шаг приблизился к окончательному разоблачению Евы и Сан-Марино.
Первая попытка прорваться в отель к графине закончилась для Отавиу полным провалом. Его туда попросту не пустили.
Поначалу все шло довольно прилично. Отавиу представился своим собственным именем, охранник доложил о нем графине, та велела не пускать его и послала в холл Марту — понаблюдать за неожиданным визитером и понять, зачем он сюда пришел.
Отавиу же только твердил:
— Мне нужно увидеть графиню и поговорить с ней конфиденциально!
Ее вежливый отказ, переданный через охранников, Отавиу не устроил — он заявил, что будет сидеть здесь до тех пор, пока она его не примет. И тогда охранники перешли к физическим действиям — стали выталкивать Отавиу из холла. Он, не выносивший даже малейшего насилия над собой, принялся отбиваться от этих дюжих парней и кричать, забыв о всякой конспирации:
— Уберите руки! Не трогайте меня! Я имею право пройти к своей жене!
— Вот и иди к своей жене, — отвечали ему, — иди домой по-хорошему.
— Моя жена здесь! Жива и невредима! Графиню из себя изображает!
Его сочли сумасшедшим и уже без всяких церемоний вытолкали из гостиницы. Отавиу не мог смириться с поражением и снова рвался в бой, но Алекс все же уговорил его поехать домой.
— Ничего страшного, — успокаивал он Отавиу. — Теперь мы знаем, что таким простым способом к ней не пробиться, и придумаем что-нибудь похитрее.
— Я достану ее из-под земли! Она от меня не уйдет! — повторял Отавиу. — Я проберусь в эту чертову гостиницу!
А тем временем Марта докладывала Астрид об увиденном ею и, главное, услышанном в холле гостиницы.
Астрид пришла в ужас оттого, что выкрикивал Отавиу.
— Боже мой! Значит, ему все известно! А ведь Ассумпссон убеждал меня, что Отавиу потерял разум. Но он, выходят, обвел нас всех вокруг пальца. Он не сумасшедший!
— А я тебя предупреждала: не надо было устраивать этот ужин с дочерьми! — напомнила ей Марта.
— Но я же так долго ждала этого дня! И потом, ведь все обошлось, девочки ничего не заподозрили,… Может, он и вправду сумасшедший, ему что-то померещилось, что-то случайно замкнулось в его несчастной голове?
— Нет, на случайность это не похоже, — трезво рассудила Марта. — Надо усилить охрану и близко не подпускать его к гостинице!
Такой ход со стороны графини был вполне предсказуем, и Отавиу с друзьями учли его, разрабатывая дальнейший план действий. В соответствии с этим планом было решено привлечь на помощь давних знакомцев Отавиу — байкеров, которым, и поручалась слежка за графиней. Они же должны были отвлечь на себя внимание охраны, чтобы Отавиу мог беспрепятственно поговорить с графиней хоть несколько минут.
Руководителем Операции был назначен Шику. Именно ему байкеры докладывали по радиотелефону о перемещениях графини, а он должен был выбрать самый подходящий момент для ее захвата.
Весь день Шику был на связи, но графиня, по сообщениям байкеров, из отеля никуда не отлучалась. Лишь к вечеру за ней заехал Сан-Марино, и вдвоем они отправились на концерт симфонической музыки.
Шику предположил, что домой графиня, вернется также в сопровождении Сан-Марино, и велел Отавиу быть наготове.
Тот вместе с Алексом направился к отелю. Вскоре туда же прибыл и Шику. А байкеры тем временем сообщили, что после концерта Сан-Марино повез графиню к себе на яхту.
Отавиу и его друзья приуныли.
— Это может затянуться до утра, — высказал общее мнение Алекс. — Что будем делать?
