— Отавиу, ты и по сей день, ничего не понял, — вздохнула Ева. — Сан-Марино тоже питал ко мне страсть, но не любил меня. Вот он точно не способен на любовь к другому человеку!
— Допустим, в этом я могу с тобой согласиться, — сказал Отавиу. — Но кто же тогда имитировал дорожную аварию и твои похороны?
— Авария была на самом деле. Сан-Марино приказал Ассумпссону, который тебе наверняка известен как Тиао Алемау, чтобы тот на горной дороге обстрелял мою машину. Тиао так и сделал, потому что Сан-Марино был рядом с ним уехал оттуда, лишь, когда моя машина покатилась кувырком с горы. А Тиао остался на месте: ему было приказано прострелить бензобак и убедиться, что я сгорела вместе с машиной
— Неужели тебя спас Тиао?! — догадался Отавиу.
— Да. Он был благодарен мне за Хелгу, его жену. Я нашла для нее хорошего хирурга, оплатила операцию… Так вот Тиао не мог меня предупредить о готовящемся покушении, но стрелял не прицельно. У меня не оказалось ни одного пулевого ранения — только многочисленные ссадины ушибы и переломы.
— Неплохая благодарность! — язвительно заметил Отавиу.
Ева была, другого мнения на сей счет:
— Если бы Тиао отказался выполнить приказ Сан-Марино, тот бы просто убил его и нашел другого исполнителя, который не стал бы со мной церемониться. А Тиао вытащил меня из горящей машины, тай ком отвез к доктору, инсценировал мои похороны… Часть швейцарских денег ушла и на мое лечение. А Тиао на протяжении многих лет информировал меня о дочерях, о тебе. Появись я здесь, вы все оказались бы в опасности.
— А что же изменилось сейчас? Сан-Марино перестал быть опасным?
— Нет, конечно. Только я боюсь, что не успею с ним поквитаться. В той аварии я сильно повредила легкие, теперь это отозвалось… В общем, я обречена, Отавиу. Мне осталось жить несколько месяцев. Не запрещай мне общаться с девочками! Пусть они пока не знают, кто я. Мне еще предстоит жестокая схватка с Сан-Марино.
— Если ты действительно хочешь, чтобы он получил по заслугам, то давай прямо сейчас пойдем в полицию, — сказал Отавиу, но Ева объяснила, почему не может этого сделать:
— Ни у меня, ни у Тиао нет прямых доказательств того, что покушение на мою жизнь было организовано Сан-Марино. Точно так же мы не сможем доказать, что он покушался на тебя и убил твоего отца. Единственный свидетель — Элиу Арантес — мертв.
— Его тоже убил Сан-Марино!
— Я в этом не сомневаюсь. Но мне надо все устроить так, чтобы он сам признался в этих преступлениях. И он признается! Мой план безупречен, Отавиу. Дай мне еще немного времени, и я выведу Сан-Марино на чистую воду!
Отавиу поверил ей.
Трудный разговор с Отавиу отобрал у Евы много сил. Больше суток она не выходила из номера и никого у себя не принимала. А Сан-Марино все это время рвался к ней, умолял о встрече и, наконец, добился своего.
Сославшись на легкое недомогание, Ева отказалась идти в ресторан и пригласила Сан-Марино к себе в отель. Кроме него, она пригласила также и Тиао, но Сан-Марино об этом не знал.
Тиао дожидался своего часа в соседней комнате, а Сан-Марино, пылая от страсти, объяснялся графине в любви:
— С тех пор как мы встретились, я думаю только о тебе! Я люблю тебя! И в твоих глазах вижу такое же неодолимое влечение ко мне! Так зачем же нам сдерживать себя?
Он стал осыпать ее поцелуями, и она не устояла — ответила ему с той же, давней страстью, внезапно всколыхнувшейся в ней и заставившей ее забыть обо всем на свете, в том числе и о ненависти к этому ужасному человеку, и о жажде возмездия.
Но как раз по этой страсти, по этой способности отдаваться любви без остатка, позабыв обо всем на свете, Сан-Марино и узнал в графине Еву! Ошибки быть не могло, вот она — живая, разгоряченная, и тот же блеск в глазах, и те же объятия, и та же излюбленная манера целовать его в кончик носа!
— Ева! Я узнал тебя! — сказал Сан-Марино, прервав ласки. — Это невероятно! Ты — живая!..
Его слова вернули Еву к реальности. Она вспомнила чем, с какой целью приехала сюда и что должна делать
— Да, я не умерла, — подтвердила она. — Хотя ты сделал все, чтобы отправить меня на тот свет!
— Нет! Ева, я любил тебя всю жизнь!
— Антониу, не надо лгать. Мне известно все. Аварию устроил ты. И ты же приказал Тиао убить меня.
— Но ты первая предала меня — хотела сдать полиции! Ты не оставила мыс выбора, Ева! Господи, как я страдал все эти годы! Жизнь без тебя потеряла для меня всякий смысл.
— Надеюсь, ты понимаешь, что мне тоже было нелегко? Жить вдали от дочерей, не иметь возможности видеться с ними…
— Но сейчас ведь ты вернулась! Зачем? Чтобы отомстить мне? — задал ей прямой вопрос Сан-Марино.
— Нет, — ответила она. — Вся моя ненависть к тебе давно перегорела. И осталась только любовь! Я любила тебя всегда, Антониу! Даже когда и в самом деле мечтала о мести. Но с годами поняла, что нуждаюсь лишь в одном: быть рядом с тобой, с моими детьми и внуками!
— Я не верю тебе, — сказал Сан-Марино так же, как днем раньше говорил Отавиу.
Ева это предвидела, потому и позвала Тиао. Теперь он мог выйти из тени.
