Четверо друзей — все почти ровесники Джейн — пришли в ужас. Несколько недель? То, что они давно знали умом, не принимали их сердца. Они были готовы к самообману, они приехали, чтобы ее подбодрить, так же как делали в больницах, где она прежде лежала. Людей ведь кладут в больницу, чтобы вылечить. Тем более таких молодых. Близкая смерть Джейн наводила на мысль об их собственной.
— Она знает, что ей недолго осталось, — сказал Виктор, — и смирилась с этим. Но ей нужна ваша помощь. Не делайте вид, что ничего не происходит. Если она заговорит о близком конце, пусть говорит. Не переубеждайте ее.
Майкл вошел к Джейн первым. Он отказывался верить словам ее отца и был абсолютно уверен, что Джейн следует бороться. Снова, как и в прежние визиты, он старался заинтересовать ее жизнью здоровых людей. Он не замечал ее огромную слабость, равнодушие к разговору, игнорировал все сказанное ее отцом. Он не мог поверить в то, что Джейн так скоро умрет.
Майкл говорил о политике, рассказал о своем участии в забастовке на фабрике. Как члена лейбористской партии его попросили поддержать пикетчиков, однако обстановка так накалилась, что вызвали полицию. (Когда-то они вместе с Джейн участвовали в таких акциях.) Конечно, ей это интересно, думал Майкл. Он рассказал, что драка началась у самых фабричных ворот, полиция арестовала многих, его тоже задержали.
Джейн никак не реагировала на рассказ, но парень изо всех сил пытался привлечь ее внимание. Он рисовал подробную картину схватки пикетчиков с полицией и своего ареста. Делился своей тревогой по поводу предстоящего суда. Но Джейн, казалось, его не слышала. «Может, потому, что ее накачали наркотиками?» — думал Майкл.
Джейн с облегчением вздохнула, когда вошел отец и принес ей второй завтрак. Он сразу понял, что Майкл и его дочь — на разных «волнах». Он еще помнил, как они любили друг друга в университете: они были настолько поглощены друг другом, что не видели ничего вокруг. Он протянул Майклу тарелку:
— Поможешь покормить Джейн?
Юноша осторожно набирал еду чайной ложечкой и уговаривал ее проглотить. Но Джейн не хотела делать над собой усилие. Он снова попытался заинтересовать ее жизнью за стенами хосписа, вовлечь в нее. Сказал, что очень волнуется: привод в полицию может отразиться на его карьере. Джейн не отреагировала.
— Ну давай же, ешь, — уговаривал Майкл, — еще кусочек. Это поможет тебе выздороветь.
— Нет, — голос девушки был слаб, но непреклонен. — Больше не хочу.
Вмешательство Виктора тоже не помогло. Майкла пришлось удалить, но так, чтобы не обидеть. Виктор сказал:
— Джейн нужно отдохнуть, а потом к ней войдет Кейт.
Расстроенный своей неудачей — так и не удалось установить контакт, — Майкл вышел из палаты. Но он был уверен, что это временное поражение.
Кейт поняла сразу, как ослабела Джейн, но поздоровалась весело, пытаясь скрыть свой испуг. Медсестра принесла пюре из бананов с молоком, любимое блюдо больной, и Джейн их познакомила.
—Я так горжусь своими друзьями, Дороти, — сказала она.
—У вас есть все основания, — ответила медсестра, — там, в холле, еще целая толпа, и все ждут с вами встречи. А теперь принести вам мороженого или, наоборот, чего-нибудь тепленького выпить?
—Спасибо, ничего не надо. Я уже съела свою фасоль. — Ей не хотелось бананов и обижать Дороти не хотелось. Когда медсестра вышла, Джейн попросила Кейт поставить тарелку рядом: может, она одолеет пюре попозже.
—Как ты себя чувствуешь? Лучше? — тихо спросила Кейт.
— Не намного, — ответила Джейн. — Боли были жуткие, когда меня сюда привезли, теперь они немножко стихли. — И продолжала совершенно спокойно: — Не думаю, что мне осталось долго жить.
Кейт не успела ответить, а Джейн продолжала:
—Кто там еще приехал? С Майклом неинтересно, он говорит только о забастовке.
— Там еще Дик и Рут, но они просили передать, что если ты устала, то они не обидятся. Мы просто приехали узнать, как ты тут и хочешь ли нас видеть… — Кейт запнулась. Потом заговорила снова, стараясь, чтобы слова звучали буднично, обыкновенно…
—Хорошо здесь, правда? Такие все дружелюбные.
Но Джейн почти не слушала. Она включилась только на минуту:
— Ты сказала, что там Рут? Я хочу ее видеть, пусть она тоже войдет.
Рут была сравнительно недавней приятельницей Джейн и вошла робко, сомневаясь, не помешает ли. Пожимая руку больной, она заметила, как тонка эта рука, как хрупки пальцы по сравнению с ее собственными. «Знает ли Джейн о моих отношениях с Майклом?» — думала она. Они продвигались медленно, но верно. Рут не раз казалось, что Джейн с ее обостренной чувствительностью знала раньше самих Майкла и Рут, что они станут любовниками. Она смущенно подержала руку Джейн, потом отпустила.
— Рут, не отнимай руку, пожалуйста, расскажи мне, что происходит.
Во время разговора смущение Рут прошло. Она по очереди с Кейт кормила Джейн банановым пюре.