— Ну зачем же, помру я заранее, вот прямо сейчас. С этой чего?
Рыцарь лишь пожал плечами. Вопреки опасениям, рана осталась чистой, однако девушка приходить в себя не спешила. Бледность тоже не торопилась исчезать с белых щек.
Лишь после того, как в укромной ложбине затрещал небольшой костерок, Ройвис понял, как его вымотал безумный переход. За всю дорогу они так и не решились снять доспехов — хотя оба прекрасно понимали, что против десятка вооруженных луками всадников толку от брони никакого. Да и не в том они состоянии, чтобы драться.
Леора, такая же обессилевшая, возилась с любимой саблей. Меч Ройвиса тоже требовал ухода, но тот никак не мог заставить себя взяться за дело. Пляшущий огонь притягивал к себе взгляд и не было ни сил, ни желания оторваться от танца прирученной огненной стихии.
Вокруг раскинулось угрюмое древесное царство, скупо освещенное падающими сквозь ветви лунными бликами. Из темноты доносились крики ночных птиц. Парень без особого восторга подумал, что в чаще можно напороться не только на сов, но и на хищников посерьезнее. И если одинокого волка двое вооруженных людей могут не опасаться, то оголодавшая стая без труда загонит их на деревья — и такой расклад еще можно будет считать удачным. Не говоря уж о перспективе наткнуться на какую-нибудь мистическую погань. Несколько бледных огоньков уже мелькнуло на границе освещенного костром пространства. Отдаленно напоминавшие обычных светлячков, эти существа не представляли никакой опасности. Но комфорта парившие в воздухе бледно-зеленые «светильники» не добавляли.
— Он должен был выжить, — пробормотала Леора.
В голове Ройвиса тоже нет-нет, да проскакивали мысли о пропавшем побратиме. Дойвего во время боя находился неподалеку, но стремительный удар ровандисской кавалерии разделил их. Когда стало понятно, что битва проиграна и единственный шанс уцелеть — выбираться из кипящего котла Ландышевого луга, шансов найти друг друга не было никаких. Ройвис и Леора вместе с двумя десятками измотанных тиорцев смогли вырваться из окружения. Вот только попытка пересечь Тонкорские равнины закончилась плачевно для всех, кроме двух рыцарей: через несколько часов беглецов настиг усиленный разъезд. В заварившейся мясорубке полегли все тиорцы, Леора и Ройвис потеряли лошадей, а тиорские клячи частью погибли, частью разбежались — поймать их не было никакой возможности.
— Будем надеяться, — пробормотал Ройвис. — Если он уцелел, то путь ему, как и нам, только в Веканис. Хочется верить, там мы и встретимся.
— Хочется. — буркнула девушка, бросая в костер подобранную с земли шишку. Пламя радостно затрещало угощением.
Раздавшийся сбоку шорох отвлек от невеселых мыслей.
— О, а вот и наша тушка очухалась. — Резюмировала Леора. Незнакомка и впрямь пришла в себя. Приподнявшись на локте, она рассматривала спасителей. Черные глаза глядели испуганно и настороженно. Какой странный цвет, особенно на фоне светлых волос. Среди ровандисцев каждый второй сероглаз.
— Кто вы? — спросила, наконец, девушка. Ровандисский говор ни с чем не спутаешь.
— А ты? — бесцеремонно ответила вопросом на вопрос Леора.
— Я?
— Ты, ты. Какой бездны ты делала на Тонкорской равнине?
— Слушай, она еще толком даже не пришла в себя, — вступился за опешившую от такого напора девушку Ройвис, — может…
— Не может! Я не собираюсь давать ей время придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Так что, дорогуша?
— Я… Я убегала. — Пролепетала раздавленная натиском ровандиссийка. Рыцарю такое обхождение с раненой было не слишком-то по душе, но вмешиваться он не торопился. В глубине души он прекрасно понимал, что Леора права. Таскать с собой непонятно кого, ожидая, что ночью тебе пережут горло, перед этим скормив выдуманную историю — не самое большое удовольствие на свете.
— От кого?
— От убийц.
Судя по виду Леоры, та от односложных ответов ровандиссийки собиралась впасть в неконтролируемое бешенство.
— Лучше просто расскажи как ты оказалась у того ручья со стрелой в спине, — подсказал Ройвис. Судя по шипящему выдоху, раздавшемуся со стороны воительницы, та собиралась выдать куда менее содержательную, но значительно более эмоционально насыщенную тираду.
— Я не знаю, — робко пробормотала девушка, судорожно сглотнув. — Я не помню ручья. Я убегала от… от убийц. Они были ровандисскими солдатами.
— Это они тебя подстрелили? — поинтересовалась Леора, откладывая в сторону саблю.
— Наверное…
— С чего бы им за тобой гнаться?
Девушка замялась, но под грозным взглядом воительницы стушевалась и, опустив глаза, пробубнила себе под нос:
— Мой брат хочет меня убить.
Над костром повисло озадаченное молчание. Где-то вдали раздалось совиное уханье.
— Ну и порядочки у вас, — пробормотала Леора, от такого откровения подрастерявшая весь свой пыл. — И чего ты такого натворила, что родственничек решил тебя выпотрошить?
— Я старше его и, по закону, считаюсь наследницей. Я не сделала вам ничего плохого, пожалуйста…
