Хару молча слушал. Парни стояли рядом тоже молча. Он, конечно, мог бы попытаться возразить, как-то себя защитить, но… лучше не станет. Он ведь действительно — личинка айдола. У него пока нет собственной значимости, он не может требовать к себе не просто особого, а даже нормального отношения. Поэтому всякие комики-неудачники с комплексами из-за внешности пытаются отыграться на нем.
Если следовать всем традициям, то Хару должен поклониться старшему коллеге, извиниться перед ним, попросить прощения… назвать его сонбеннимом — то есть, уважаемым наставником. Поклониться Хару несложно, для жителя Кореи это практически рефлекс, но вот все остальное…
— Спасибо за заботу, аджосси, — поклонился он, — Вы дали мне пищу для размышлений. Я подумаю над своим поведением.
А потом он распрямился, нашел взглядом менеджера Пёна и подтолкнул в его сторону Сухёна, который стоял рядом с Хару. Снова обернулся к Ким Ынсопу, чуть поклонился:
— До свидания!
— До свидания⁈ Ты даже не собираешься извиняться⁈
Менеджер Пён уже спешил навстречу парням, поэтому Хару немного развернулся к Ким Ынсопу:
— Я ничего не сделал, — спокойно ответил он. — Не кричал на вас, не оскорблял вас, даже не жаловался. За что я должен извиняться? За то, что вас оскорбляет сам факт моего существования? Простите, что я родился.
Хару снова поклонился.
Ким Ынсоп, разумеется, взъярился еще больше:
— Ты! Невоспитанный мальчишка!
Хару краем глаза заметил, как менеджер Пён четко сказал парням: «На выход, Квон ждет у дверей», а сам поспешил к Хару:
— Простите, у нас еще есть расписание, нам пора, — уверенно сказал он, вклиниваясь между Хару и Ким Ынсопом.
— Пусть извинится! Он вел себя крайне невоспитанно!
— Господин Ким, — холодно заметил менеджер Пён, — Пожалуйста, не забывайте, что вам тоже стоит вести себя достойно. Не нужно повышать голос. Как минимум — на меня.
— Да ты! — возмутился Ким Ынсоп, но теперь его прервал уже сам режиссёр шоу.
— Простите, — сказал он, подходя ближе, — Ынсоп-щи, зайдите к продюсеру, пожалуйста, вас зовут.
Режиссёр смотрел на Ынсопа холодно. Тот перечить не стал. Проворчал под нос что-то о невоспитанных детях и их нахальных менеджерах и ушел.
— Проще было бы извиниться, — так же холодно заметил режиссёр, обращаясь к Хару.
— Простите, — Хару поклонился режиссёру.
Стыдно ему не было. Немного страшно — да. Наверняка потом от Минсо влетит за то, что он тут демонстрировал свою гордость, когда должен был просто безропотно принять все оскорбления от старшего коллеги. Просто так принято, а Хару не смог себя заставить.
— Передо мной извиняться не нужно, — покачал головой режиссёр. — Выпуск получился интересным. Но, скорее всего, больше на это шоу вы не придете. Как минимум — до момента, пока здесь работает Ким Ынсоп.
Менеджер Пён тоже поклонился:
— У Хару абсолютный слух и вокальный диапазон в четыре октавы. Возможно, он является одним из самых сильных вокалистов страны. Когда станет известно, что его сильно били по голове, наше руководство тоже не захочет рисковать. По крайней мере — пока здесь работает Ким Ынсоп. Еще раз спасибо за работу, до свидания.
Теперь Хару поклонился вместе с менеджером Пёном и они оба поспешили к выходу. Шли молча, очень быстро. Съемочный павильон этого шоу располагался на третьем этаже телестудии, поэтому до машины им пришлось пройти по коридору, спустится по лестнице и пересечь холл. Менеджер Квон ждал Хару у его машины, подставил ладонь, чтобы Хару не ударился головой. Молча ушел к другой машине.
Когда дверь их минивэна захлопнулась, Хару спросил у менеджера Пён:
— У меня будут проблемы?
— Не знаю. Возможно. Но вряд ли от Им Минсо — она бы точно потом возмутилась, что кто-то посмел лупить тебя по голове. Даже со стороны выглядело больно. Ты как?
— Нормально, — ответил Хару. — Молоток все же — воздушный шарик, просто плотный. В тот момент было неприятно, сейчас ничего не болит. Тэюн, спасибо.
— Даже не благодари, — ответил Тэюн, — Мне было очень сложно удержаться и не дать ему пинка, если честно. Жаль, что мне не позволили его хорошенько отдубасить этого ведущего.
Хару улыбнулся. Чанмин едет в другой машине, поэтому он отдельно написал сообщение с благодарностью и ему.
Да, они всей группой влетели в некоторые неприятности — пока неясно, насколько большие. Но то, что за него вступились… это очень важно. Особенно — в отношении Чанмина. Это для Тэюна защита Хару — практически рефлекс. Чанмин же вступал в «игру», прекрасно понимая, что этим еще больше разозлит ведущего.
