— А что, мы потом все будем пахнуть одним кондиционером? — с улыбкой спросил Чанмин.
— Если кошелек позволяет, то купи себе отдельный, собственный. Но если я учую на тебе запах общего…
Хару многозначительно замолчал, а остальные начали хохотать. Парни вообще частенько шутили по поводу того, что он — реально кот, потому что хорошо слышит, видит и чувствует запахи.
— Так что, берем один на всех? — весело спросил Хару, когда парни закончили смеяться.
— Берите, — кивнул Чанмин.
— Всем идти нельзя, — добавил Тэюн. — И, прости, Шэнь, но ты со своим ростом слишком бросаешься в глаза. Сиди дома.
Шэнь недовольно фыркнул. Из-за роста он действительно привлекал много внимания, его чаще других узнавали на улице.
— Можно, я пойду? — спросил Сухён. — Ноа мерзнет, остальные будут вещи разбирать…
— Хорошо, — кивнул Хару. — Со списком же все согласны?
— Лишнего не берите, — попросил Ноа, — Не все тут могут себе позволить лишние траты.
Хару понимающе кивнул.
— Думаю, лучше сейчас все купить… пока мы не растратили то, что дали с собой родители, — с улыбкой добавил он. — Если повезет — дотянем до первой зарплаты.
— А когда первая зарплата? — с надеждой в голосе спросил Сухён.
— Не раньше марта, — ответил Чанмин.
— Если повезет с рекламным контрактом, то раньше, — дополнил Хару. — Что? В контракте черным по белому написано — деньги за рекламные контракты приходят в течение месяца после того, как рекламодатель перечислил их агентству, они обязуются хотя бы десять процентов перечислить нам. И я точно знаю, что рекламе мороженого быть.
— Зимой рекламировать мороженое. Nice, — выдохнул Ноа. — Надеюсь, есть мы его будем не на улице.
Все снова расхохотались. Ноа сердито засунул руки под мышки, всем своим видом показывая, насколько он в восторге от корейской погоды.
В общежитии, на самом деле, тоже не особо-то тепло. Полы с подогревом работают, но температура выставляется на табло у дверей квартиры. И код допуска им никто не сказал. Проще говоря, агентство позаботилось о том, чтобы «детки» не ставили температуру на максимум, желая согреться. Хару-то нормально, Тэюн тоже не мерзнет. А вот Ноа даже немного жалко.
Собрались быстро. Сухён едва не подпрыгивал, так хотел поскорее уже пойти в магазин. За три дня совместной работы — пусть они и не так уж много работали именно вместе — Хару успел привыкнуть к тому, что в этого парня кто-то запихнул вечный двигатель. Тэюн сказал, что Сухён всегда был таким, просто Хару раньше с ним мало общался.
Сухен действительно повадками похож на щенка. Вот пришел с работы, а под ногами этот заряд бодрости — прыгает, вертится, лает, в глаза заглядывает. Так и Сухён. Не сидит на месте, много болтает, выглядит так, будто боится, что его сейчас выгонят. Липнет к Хару. Но не так, как это было с Нобу — с вторжением в личное пространство и намеренным желанием понравиться. Сухён просто постоянно ошивается поблизости и пытается быть полезным. Это смущает. Появляется странное желание усадить ребенка в детское кресло, пристегнуть, дать бутылочку и игрушку. Потому что он реально воспринимается ребенком. Даже больше, чем Хансу.
Инфантильность у корейских подростков — не редкость. В основном детским поведением грешат девчонки, но даже среди парней это не что-то из ряда вон выходящее. Говорят, дети в развитых странах в принципе позднее взрослеют… хотя Хару это кажется не столько избалованностью, сколько неким попустительством со стороны взрослых. В родном городе Антона за детское поведение в семнадцать лет осуждали бы все — и родители, и учителя, и ровесники. В Корее отношение к школьникам немного мягче. Практически: чем бы дитя не тешилось, лишь бы хорошо училось. Или, как в случае с Сухёном — лишь бы хорошо танцевал.
Да и это не совсем про детскость мышления. Скорее, про возможность не скрывать эмоции.
От общежития до нормального супермаркета минут пятнадцать пешком. Он все еще не самый хороший, до ближайшего действительно бюджетного супермаркета нужно ехать на общественном транспорте, пешком идти минут сорок, наверное. Но даже семья Хару предпочитает делать покупки здесь, чтобы потом не брать такси и не тащить продукты по всем городским пробкам.
Сухён всю дорогу болтал. Он шел между Хару и Тэюном и без остановки рассказывал разные истории — как из своего трейни-прошлого, так уже и из жизни в этом общежитии. Хару и Тэюн лишь улыбались в ответ. Вообще, было четкое понимание, почему Сухён без умолку трещит: ему неловко. Каждый по-своему скрывает неуверенность в себе. Сухён, судя по всему, начинает много болтать.
Супермаркет располагался на первом этаже офисного здания. Парковка совсем небольшая, поэтому рядом всегда стоит длинная вереница машин, которые ждут своей очереди. Из-за этого тут постоянные пробки. Чуть в стороне есть многоуровневая парковка — это когда машины ставят на поднимающиеся платформы — но она платная, да еще и покупки в багажник нормально не засунешь. В общем, эта часть района считается самой неблагоприятной — вечно шумно, кто-то ругается, гремят тележки, периодически приходит полиция и штрафует всех подряд.
