В любом случае, охрана в агентстве — так, для галочки. У мужчины пивной живот распирает рубашку, она едва сошлась. Небольшого роста, далеко не молодой. Такой вора точно не остановит. Это просто человек, который может нажать на тревожную кнопку, чтобы приехали профессионалы.
— Ты чего здесь делаешь? — возмутился охранник.
— Вы сидите, сидите. Я в спортзал, — объяснил Хару.
— А… не наследи только!
Хару с сомнением посмотрел на свои кроссовки. Сменку он взять не додумался, поэтому подошел к стойке регистрации, вытащил из-за нее швабру и пошел, таща швабру за собой — пусть сразу следы и подтирает. Охранник за его спиной заржал, но останавливать не стал. На самом деле, не так уж грязно на улице, наверняка и без швабры бы нормально было…
Хару пришлось самому включать свет в спортзале, еще и с беговой дорожкой не сразу разобрался — сто лет не пользовался. Но, вообще, побегал хорошо. Пожалуй, даже продуктивнее, чем на улице. Выключил свет после пробежки и пошел со шваброй обратно. Столкнулся в холле с госпожой Хван.
— Ты что здесь делаешь так рано? — удивилась она.
Хару рассеянно подумал, что его больше удивляет офисный работник, который приехал на работу к семи утра. Но все же ответил:
— На улице холодно, ходил сюда бегать. Я пойду, а то в школу опоздаю.
Он поклонился и поспешил на выход.
В общежитии все сладко спали. Хару решил, что нужно бы поесть. Прикинув, что есть в холодильнике, принял решение сделать рис с тунцом и майонезом — блюдо очень простое, но считается традиционным для корейских холостяков. Загрузив рисоварку, пошел заниматься своими делами. Принял душ, привел себя в порядок — и в одних пижамных штанах вышел на кухню. Завтрак. Одним рисом точно сыт не будешь.
На разогретой сковородке в два захода пожарил семь яиц. Одновременно с этим прямо в чашу рисоварки добавил три баночки консервированного тунца, майонез и соевый соус. Хотелось, конечно, и гочуджан — это корейская острая паста, — но слишком многие не любят острое. Все хорошенько перемешал, разложил по глубоким мискам, сверху положил еще теплое поджаренное яйцо, присыпал зеленым луком.
К этому моменту, разумеется, все уже встали. Только сейчас пришло в голову, что школьники заселились в комнаты с теми, кто школу уже закончил. Хлопающие двери, а с кухни еще и едой пахнет — остаться в постели не смог никто. За низким столиком у дивана собрались уже все, с предвкушением поглядывая на Хару.
— Ты же говорил, что не умеешь готовить, потому что у тебя бабушка ведет весь домашний быт, — удивленно пробормотал Чанмин, с аппетитом уплетая завтрак.
Хару рассеянно посмотрел на приготовленную им еду. Откровенно говоря, он даже не считал, что это значит «уметь готовить». Просто какие-то базовые навыки выживания в современном мире. Если ты сам не можешь себя накормить, то это ненормально.
— Ты не умеешь готовить рис с тунцом и майонезом? — удивился Тэюн. — Это же… просто…
Чанмин пожал плечами:
— Мама всегда готовила.
— А в общежитии? Ты же жил в общежитии, — продолжил настаивать Тэюн.
— Доставка, — просто ответил Чанмин.
Хару и Тэюн переглянулись. Кажется, все еще хуже, чем они предполагали.
— А кто-нибудь еще умеет готовить? Ну, в том же понимании, что и мы с Тэюном «не умеем» готовить, — спросил Хару.
— Я умею заваривать рамен и отваривать сосиски, — смущенно улыбнулся Сухён, — Но даже омлет ни разу не делал.
Хару показалось, что у него сердце екнуло. Омлет не делал… как он вообще дожил до семнадцати?
— То, что готовите вы, я тоже умею, — ответил Юнбин. — Рамен, рис с тунцом, омлет с рисом, пибимпаб собрать могу, хотя у меня не всегда мясо хорошо получается — я очень редко готовлю это сам.
— Могу предложить немного китайской кухни, — улыбнулся Шэнь.
— Ну, не так все плохо, — вздохнул Хару. — На доставке не разоримся, по всей видимости.
— Повезло еще, что в New Wave нас кормят, — заметил Сухён, — нередко айдолы сами заказывают себе еду, за свой счет.
— У тебя это потом высчитают, — напомнил Тэюн.
— Когда я голоден, меня будущие вычеты не страшат, — мрачно ответил Сухён.
Все начали смеяться. Да уж. Чтобы что-то потратить, нужно сначала заработать, а есть хочется уже сейчас. В New Wave их кормят менеджеры, оплачивают корпоративной картой. Все траты потом будут вычтены из доходов группы.
Парни почти доели свой завтрак, когда пиликнула входная дверь. Никто даже не оглянулся — менеджер, наверное, пришел. Но в гостиную вошла одна из девушек– стилисток и сразу с порога воскликнула:
— Боже! В каком вы виде! — и стыдливо отвернулась.
Парни немного растерянно посмотрели друг на друга. В футболках из комнаты вышли только Ноа и Юнбин, остальные предпочитают ходить по общежитию без верха. Чанмин вообще в одних трусах сидел, как раз спиной ко входу.
— При всем уважении, нуна, это мужское общежитие, — за всех ответил Хару. — Друг друга и менеджера мы не стесняемся, а вы о своем появлении не предупреждали.
