— Иногда отснятые клипы не публикуют, — хмыкнула Минсо. — Записанные треки могут годами лежать «в столе», прежде чем их перезапишут и выпустят на каком-нибудь альбоме. Если что-то недостаточно хорошо сделано, то оно сделано зря. Не всегда, конечно, но бывает.
— Кошмар какой, — передернулась Наён.
Вылитая на сковородку очередная порция теста аппетитно зашипела. Минсо поняла, что безумно голодна. Хорошо, что крестница приготовила завтрак.
— Папа написал, — сказала Наён, — Предупредил, что зайдет с утра… Думаю, скоро будет.
— А, так мы завтракаем втроем? — уточнила Минсо.
Наён кивнула. Пиликнул таймер духовки. Наён подскочила, достала лист с пиццей. Минсо взмолилась — отрежь кусок сейчас, иначе она за себя не отвечает.
Очень быстро стало понятно, что одна домашняя пицца — это слишком мало. Они с Наён умяли ее еще до прихода Минхёка. Следы своего диетического преступления скрыли в посудомойке как раз за минуту до того, как пиликнул замок на входной двери.
— График у тебя, сестренка, конечно… — многозначительно заметил Минхёк, входя в квартиру. — В рабочее время к тебе просто не пробиться.
Минсо удивилась: в рабочее время? Зачем она Минхеку в рабочее время? Минхёк словно прочитал ее мысли, сразу пояснил:
— В общем, я показывал те фотографии некоторым своим знакомым, кое-кто заинтересовался. Они вышлют запрос со дня на день, поэтому я хочу убедиться, что ты не отменишь его по каким-то своим причинам.
— Какой запрос? — удивилась Минсо.
Она уже наелась, поэтому было лениво даже встать со стула. Минхёк тоже сел за стол, сцапал из общей горки один панкейк и сразу же откусил большой кусок.
— Кофе сделать? — с улыбкой спросила Наён.
— Буду очень благодарен, — ответил Минхёк, и тут же обратился к Минсо: — Calvin Klein готовы повторить ту фотосессию для весенней кампании, но они хотят сначала посмотреть на то, как будет работать хотя бы Хару. Я объяснил, что он — айдол, а его партнерша…
— Твоя дочь? — уточнила Минсо.
— Нет, этого я не сказал, — виновато продолжил Минхёк. — Но, как мне кажется, они именно так и подумали. Возвращаясь к предложению. Они вышлют ему рекламный подарок и сделают фотосессию для журнала. Если все пройдет хорошо — будет контракт.
Минсо кивнула. Крупные бренды обычно именно так и работают с айдолами: не сразу предлагают им рекламный контракт, а лишь спустя несколько месяцев сотрудничества.
— Хорошо, я поняла, — кивнула Минсо. — Но контракт с Calvin Klein я бы и так не оставила без внимания. Главное, чтобы там не было жесткого эксклюзива. Но, думаю, если все будет хорошо с карьерой Хару, они с легкостью пойдут на любые уступки.
— А я? — немного обиженно спросила Наён. — Меня из той фотосессии уже исключили?
— Нет, но ты непубличная личность, — напомнил Минхёк. — Поэтому реакция публики на твое появление в рекламе и так понятна.
— Тебя будут ненавидеть всего его фанатки, — мрачно закончила Минсо.
Наён безмятежно пожала плечами. Массовая ненависть ее вряд ли волновала. Глаза уже мечтательно затуманились… Видимо, в ее розовых фантазиях фотосессия для рекламной кампании заканчивалась предложением встретиться.
Это… проблематично. Недопустимо, чтобы кто-то заподозрил у Хару наличие подружки. С Хон Хесон пронесло — вовремя все прикрыли. Но, пожалуй, нужно будет еще разок поговорить с Хару, чтобы никакие симпатичные… родственницы самой Минсо… не сбили парня с правильного пути.
По словам менеджеров, руководство было очень довольно тем, как Black Thorn проявили себя на церемонии ММА. Особенно они были довольны Хару — его внешность и расстегнутые кнопки на рубашке обсуждали так часто, что он стал третьим в списке самых упоминаемых знаменитостей на ММА.
Хару об этом узнал уже в воскресенье — практически всю субботу он благополучно проспал. Еще сходил к родным, разумеется, но большую часть дня провел в кровати.
Рабочее воскресенье было обусловлено подготовкой к МАМА. Тут номер попроще, уже без жесткого тайминга, но все равно нужны финальные прогоны. А вылетать им в среду, так что… Воскресенье, понедельник и вторник попросту слились в бесконечную беготню вокруг огромных кусков белой ткани. Хару, на самом деле, больше жалел танцоров — именно им эти полотна таскать. Чтобы ткань в движении создавала красивые волны и так можно было скрыть приготовления Black Thorn к выступлению, пришлось взять достаточно плотный материал. Плотный — значит, еще и тяжелый. В длину каждый кусок был около семи метров. В ширину — чуть больше трех (два куска для этого сшивали вместе). Всего три таких полотна. На одном Хару лежал, оно же будет «задником» части выступления, еще два — это реквизит для танцоров. Уставали парни из их подтанцовки даже сильнее поющей группы. Зато красиво.
Хару даже почти не волновался из-за самого выступления. Он больше переживал о месте проведения МАМА.
Они полетят в Японию, первый день церемонии пройдет в Токио.
