Муки ожидания ему немного скрасил Бэкингем, который, оставив Генриетту в Дуврском замке, поспешил на встречу со своим августейшим другом и повелителем. Впрочем, вскоре герцог пожалел о своей поспешности, так как король совершенно измучил его расспросами о принцессе.
Как бы там ни было, но 13 июня 1625 года Чарльз Английский и Генриетта Французская встретились в Кентерберийском замке. Король заготовил целую речь, необходимую для такого случая, но слова замерли у него на устах при виде стремительно приближавшего к нему очаровательного создания.
Генриетта намеревалась сделать глубокий реверанс, но совершенно неожиданно для себя не удержалась на высоких каблуках и упала на колени перед королем. Покраснев от неожиданности, она заметила усмешку на лице Бэкингема и расслышала хохот своих будущих подданных. От обиды злые слезы выступили на ее глазах, но они тут же высохли при виде участливо-восхищенного лица ее будущего супруга. Чарльз протянул руку и помог принцессе подняться.
– Благодарю вас, Ваше Величество, – смутившись, проговорила Генриетта. – Я счастлива приветствовать вас, сир.
Чарльз покраснел едва ли не больше, чем принцесса. Невысокого роста, худой, темноволосый, с простодушным выражением лица, которое лучилось восхищением от сознания того, что это неземное создание – его жена.
– Мадам… – он в восторге поцеловал руку принцессы, затем, не выпуская ее, отступил на полшага и еще раз окинул ее взглядом, словно боясь, что чудесное видение растает в воздухе. – Вы – совершенство!
Это все, что осталось от заготовленных слов.
– Благодарю вас, Ваше Величество, – Генриетта уже полностью владела собой, – я так торопилась увидеть вас, мой король, что немного не рассчитала своих сил. И я рада, что мое появление доставило столько радости вам, господа.
Маленькая принцесса окинула ледяным взглядом веселящихся придворных, и улыбки на их лицах тут же исчезли. Они понимающе посмотрели друг на друга. Да, у будущей королевы был истинно королевский характер…
Чарльз Стюарт, король Англии, был маленького роста. И хотя для невысокой Генриетты, всю жизнь страдавшей от неудобства общения с высокими мужчинами, рост мужа был скорее достоинством, чем недостатком, «бэби Чарли», как называл его отец, король Джеймс, всю жизнь терзался комплексом собственной неполноценности. Родившись слабым и болезненным, он выжил вопреки предсказаниям врачей, похоронивших его еще в раннем младенчестве. Им пренебрегали настолько откровенно, что мальчик, тогда еще герцог Йоркский, тщетно стремившийся обратить на себя внимание, обрел привычку заикаться от волнения в самые ответственные моменты.
Чарльза заметили только после смерти брата, принца Генри, всеобщего любимца, который должен был наследовать английский престол. Но было уже поздно. Не привыкший ни к любви, ни к восхищению, будущий король Англии всячески ограждался от их лживых проявлений. Только одному человеку удалось убедить его в своей искренности. Это был фаворит его отца, Джордж Вилльерс, герцог Бэкингемский. Чарльз привязался к нему всей душой неопытного подростка, восхищаясь его умом, красотой и красноречием, то есть теми качествами, которых ему самому явно не хватало.
С тех пор прошло уже довольно много времени. Ныне король Англии, к слову сказать, получивший великолепное образование, был уже не тем наивным юношей, что в годы своей юности, но он и теперь всегда и во всем привык полагаться на друга.
Именно поэтому после первой брачной ночи король поспешил к нему.
– Вы довольны своей супругой, Ваше Величество? – с лукавой улыбкой спросил Бэкингем.
Он мог и не спрашивать – счастливое лицо Чарльза было красноречивее всяких слов.
– Друг мой, – король искренно обнял Бэкингема, – спасибо! Я твой должник. Я до сих пор не верю…
Его глаза затуманились, и герцог улыбнулся, понимая, что Чарльз заново переживает восхитительные минуты близости с королевой.
– Я не верю, что мне досталась такая жена.
Голос короля привел Бэкингема в чувство. Он повнимательнее пригляделся к Чарльзу, и нехорошее предчувствие злобной змеей зашевелилось у него под серцем. Король был влюблен в свою молодую супругу, и с этим нужно было срочно что-то делать.
«Эта французская ведьма все же добилась своего, – гневно подумал герцог, – и если я не вмешаюсь, она быстренько приберет к рукам нашего августейшего монарха…»
Чарльз продолжал что-то говорить, но Бэкингем, увлекшись собственными мыслями, его не слушал. Внезапно слова короля дошли до его сознания, и господин первый министр вскочил на ноги с криком изумления. Такого поворота событий он совсем не ожидал…
– Гвардия? – переспросил он осипшим от волнения голосом. – Королева желает иметь свою собственную гвардию?
Генриетта, конечно, не рассчитывала, что ей позволят без боя захватить власть. Но сейчас она улыбалась, вспоминая, как ловко добилась у короля воплощения в жизнь своей заветной мечты.
– Я хотел бы сделать вам подарок. Генриетта, чего бы вам хотелось? – спросил ее Чарльз, разомлевший после ее неистовых ласк.
Она сделала вид, что задумалась.
