– Благодарю вас, милорд. Вы не только спасли мне жизнь, но и уберегли от голодной смерти. Но почему вы так заботитесь обо мне?
– Вы меня удивляете, сударыня. По-вашему, мне чуждо сострадание и христианское милосердие?
Возразить на эти любезные слова было невозможно, и Элен промолчала. Но на этом забота герцога не закончилась. Он лично проследил, чтобы девушка выпила прописанный отвар, и поручил ее заботам камеристки, которая должна была менять ей компрессы.
Вскоре приехала королева. Она сразу же захотела увезти баронессу с собой, но вынуждена была согласиться с доводами врача, что это повредило бы больной.
– Придется воспользоваться вашим гостеприимством, милорд, – обратилась Генриетта к Вилльерсу.
– Пусть Ваше Величество не беспокоится, за баронессой будет наилучший уход, – заверил ее Бэкингем.
Для герцога не было тайной, что королева очень привязана к своей фрейлине, но только сейчас, видя ее искреннее беспокойство, он осознал, насколько сильна эта дружба.
«Само Провидение послало мне эту девушку, – усмехнулся герцог каким-то свои мыслям, – и не в моих правилах пренебрегать такими подарками судьбы…»
Он заметил, что Генриетта унесла с собой бумаги, которые Элен прятала под подушкой, но благоразумно скрыл свое любопытство.
Баронессу очень удивила заботливость герцога. Она сильно к нему привязалась. Впрочем, заслужить благосклонность Элениты было совсем нетрудно, так как девушка была добра и отзывчива. А сейчас за ней ухаживал самый привлекательный мужчина Англии и Франции, который к тому же спас ей жизнь! Бэкингем так много времени проводил у постели баронессы, что она начала опасаться за состояние государственных дел, которые неминуемо должны были прийти в упадок за время ее болезни. Впрочем, благодаря такой заботе баронесса скоро почувствовала себя совсем здоровой.
– Я могу отправляться во дворец, – сказала она Бэкингему.
– Вам так не терпится покинуть меня? – разочарованно ответил Вилльерс.
– Вы столько для меня сделали, я вам так благодарна, но не могу больше злоупотреблять вашей добротой, – немного смущаясь, но твердо ответила баронесса.
– Хорошо, – улыбнулся герцог, – если мое общество вам в тягость… Впрочем, спросим у врача.
Доктор подтвердил, что для полного выздоровления Элен стоит еще хотя бы несколько дней провести в постели, но разрешил небольшую прогулку. Опираясь на руку герцога, баронесса спустилась в сад, но вскоре силы оставили ее, так что Бэкингем на руках отнес ее в спальню.
– Вот видите, – торжествуя, заявил он, – моя дорогая, вы еще слишком слабы, и я никуда вас не отпущу, пока вы полностью не выздоровеете.
Элен улыбнулась. Герцог поцеловал ей руку, потом нежным поцелуем прикоснулся к волосам.
Бэкингем хорошо знал женщин, но сейчас он имел дело с совершенно исключительной особой. Герцог почувствовал это сразу же и потому проявил в попытке обольщения столько заботы и терпения. Элен ошибалась, полагая, что первый министр забросил ради нее дела государства. Наоборот, она сама стала для него делом чрезвычайной важности.
После того как королева удалила со двора шпионок Бэкингема, стало совершенно невозможно следить за Ее Величеством. Герцог по опыту знал, как трудно взобраться на вершину и как мало нужно, чтобы с нее упасть. Зависеть от милостей судьбы или от капризов маленькой француженки, которую судьба избрала ему в королевы, Бэкингем не собирался. Поэтому и решил переманить на свою сторону одну из фрейлин, пользовавшуюся полным доверием королевы. Сделать это было проще всего, влюбив в себя несчастную жертву. Именно такими, совсем не благородными соображениями и объяснялась забота герцога о здоровье Элен. И он с удовлетворением наблюдал, как первоначальную настороженность сменила благодарность за спасение, которая постепенно превращалась в чувство более глубокое.
Но, сам того не ведая, Вилльерс совершил ошибку. Несмотря на мнимую наивность, Элен отнюдь не была склонна льстить себе самой. Вот почему в ответ на первую же вольность, допущенную герцогом, она отстранилась от него.
– Ваша светлость, – произнесла Элен тихо, но твердо, – нам надо объясниться.
– Слушаю вас, моя дорогая, – удивленно ответил Бэкингем.
– Прежде всего, я хочу поблагодарить вас за все, что вы сделали для меня. Вы спасли мне жизнь, вы заботились обо мне, и мне все равно, зачем вы все это делали…
