Королева не шутила. Мрачное подземелье, куда они пришли, действительно напоминало преисподнюю. Монах ордена «Черных капюшонов» шел впереди, неслышно, как призрак, а отблески света, отбрасываемые его факелом, освещали мрачные каменные стены и сводчатые арки, почти сплошь затканные паутиной. В полнейшей тишине были слышны только шорохи испуганных их вторжением крыс. К удивлению Бэкингема, Генриетта не обращала никакого внимания на этих мерзких тварей. Да, королева была удивительной женщиной…
Остановившись перед дверью, монах отпер ее большим ключом и посторонился, пропуская их внутрь. Войдя, Джордж оглядел камеру. Она была небольшой, так что все внимание герцога сосредоточилось на узнике.
Это был неприметный человек средних лет, невысокого роста, сутулый, с крючковатым носом, впалыми щеками и глазницами. В его темных слипшихся волосах уже мелькала седина. Герцог с трудом подавил возглас удивления, заметив, что узник одет в лохмотья, очень напоминающие сутану, а ноги монаха забинтованы окровавленными тряпками.
– Испанские сапоги?.. – прошептал Бэкингем, вопросительно посмотрев на королеву.
– Ну и зачем вы привели его сюда? – знакомый голос заставил герцога взрогнуть.
Де Молина тоже был здесь.
– Это мое дело, – просто ответила королева. – Я уже дала вам некоторые гарантии, маркиз.
– Как будет угодно Вашему Величеству, – пожал тот плечами, – в любом случае, вы сдержите свое обещание.
Выражение лица Генриетты заставило герцога вздрогнуть – там, в черных бездонных зрачках ее глаз, играя вспышками факелов, криво ухмылялась холодная жестокость.
– Знакомьтесь, милорд, – с некоторой иронией произнесла Генриетта, – это лучший друг и доверенное лицо господина де Ришелье – аббат Фанкан. Я решила вас познакомить, поскольку Великий магистр уверил меня, что наш гость трудится под началом отца Жозефа. А тот, как вы знаете, руководит французской разведкой. Я думаю, вы найдете, о чем поговорить.
– И оказались правы, Ваше Величество, – удивленно подтвердил герцог. – Святой отец, вам должны быть известны французские резиденты в Англии…
– Я ничего не скажу, – пробормотал несчастный.
– Мы ждем, господин аббат, – Генриетта выжидательно смотрела на него, но, не дождавшись ответа, сделала знак человеку в маске, стоявшему в углу.
Палач нехотя вытащил из огня большие раскаленные щипцы, а его помощник, угрюмый детина, подошел к арестанту и вопросительно посмотрел на Генриетту. Ужас обезобразил лицо священника.
– Подлая тварь, – яростно прошипел он, – у тебя не хватает смелости убить меня, ты знаешь, что за меня отомстят…
– Хотите быстро умереть? – усмехнулась королева. – Не выйдет.
Она медленно перевела взгляд на подручного палача, но Фанкан опередил ее.
– Я не знаю агентов отца Жозефа, я не занимаюсь дипломатией! – закричал он.
– Тогда чем вы занимаетесь? – спросил Бэкингем, делая знак палачу отойти.
– Я не буду говорить, не буду, пока не получу гарантий, – Фанкан перевел испуганный взгляд на королеву, потом на Великого магистра.
– Трус, – презрительно бросил тот. – Ты должен был знать, на что идешь, когда предавал. Ты предал не меня, не своих братьев, ты оскорбил Господа и теперь смеешь торговаться за свою презренную жизнь?
– Я не предавал, не предавал, – шептал несчастный, вне себя от ужаса. – Ни кардинал, ни отец Жозеф ничего не знают…
– А как отцу Жозефу стало известно о моем знакомстве с французской принцессой? Как о моем местопребывании в Париже стало известно иезуитам? – загремел де Молина. – Презренный, ты нашел себе нового хозяина и, страшась расплаты за содеяное, решил избавиться от старого?
– Я искуплю свою вину, я искуплю… – Фанкан упал на колени и протянул худые окровавленные руки к Великому магистру, умоляя о милосердии.
Он выглядел так жалко, что Бэкингем невольно почувствовал сострадание, понимая, что ждет этого человека.
– Моя королева, – обратился он к Генриетте, – я прошу у Вашего Величества позволения переговорить с аббатом без присутствия палача и Великого магистра.
– Вы не в Звездном совете, герцог, и не можете тут командовать, – усмехнулся де Молина. – Вы у меня в гостях, и Фанкан принадлежит к нашему ордену…
– Вы в Англии, сударь, – заявил Бэкингем, – поэтому вы находитесь в гостях у Ее Величества. Вот почему я обращаюсь именно к ней с покорнейшей просьбой.
Лицо Великого магистра потемнело, но Бэкингем не обратил на это никакого внимания.
– Ваше Величество, я умоляю вас, – прошептал он на ухо королеве. – Этот шпион не скажет ничего важного, пока будет уверен, что его жизнь в опасности. Я бы на его месте поступил так же.
– Вы поссорите меня с магистром, если будете продолжать в том же духе, – ответила Генриетта.
– Скажите честно, моя королева, разве я не окажу вам этим большую услугу? – улыбнулся герцог. – Мне кажется, он вам до смерти надоел.
Генриетта вздохнула, пряча улыбку.
