Путь к женщине (сборник) полностью

   -- Ма-да-моч-ки!.. Не ходите той дорожкой!.. Обойдите лучше вокруг!.. Там какой-то че-ло-век сидит!..

XV

   Шибалин приглядывается к новой, сидящей в одиноче­стве женщине -- к женщине в шляпке. Он проходит раз мимо нее в одну сторону; поворачивает обратно, проходит во второй раз; потом в третий раз идет прямо к ней и садится рядом.

   -- Гражданка! Очень извиняюсь, что, не будучи с вами "знаком", я, тем не менее, осмеливаюсь разговаривать с вами! Конечно, при нормальном порядке вещей, вернее, при нормальных людях, извиняться в таких случаях не приходилось бы! Но принимая во внимание... и так далее, и так далее, я принужден извиниться! Прежде всего спешу предупредить: пожалуйста, не подумайте, что я заговариваю с вами в поисках романических приключений или чего-нибудь вроде! Нет! В настоящую минуту я очень далек от этого! Я увлечен сейчас совсем иным! Меня преследует одна идея, в спасительность которой для человека и человечества я беспредельно верю! Мне остается только проверить способность массовых людей к восприятию этой идеи! В соответствии с чем я и хочу задать вам сейчас один чисто теоретический вопрос...

   По мере того как Шибалин говорит, женщина в шляпке каменеет все более и более.

   -- Простите, гражданин, -- наконец перебивает она его речь, ни разу так и не взглянув в его сторону, -- но я с вами не раз-го-ва-риваю.

  -- Почему? -- спрашивает Шибалин с лицом ребенка. Женщина в шляпке с достоинством рубит:

  -- Потому что я с вами незнакома! На лице Шибалина появляется улыбка:

  -- "Знакомы", "незнакомы", какие это пустяки! Ну давайте тогда совершим эту церемонию, "познакомимся", если вы не­пременно хотите.

  -- Простите, я этого совсем не хочу!

  -- Почему?

  -- Как почему? Странный вопрос!

   Пусть будет странный, но вы-то все-таки ответьте мне на него, я вас очень прошу об этом.

  -- Однако как-кое нах-халь-ство!

  -- Нахальство так нахальство. Говорите что хотите. Только не молчите. В целях, о которых я вам уже говорил, мне необхо­димо услыхать от вас, почему вы отказываетесь "по-зна-ко-мить-ся" со мной?

  -- Очень просто почему: потому что я вас совсем не знаю!

  -- Вот тогда узнаете, когда познакомитесь.

  -- Я на ул-ли-це не знакомлюсь!

  -- А какая разница: на улице познакомиться или под крышей?

  -- Значит есть разница!

  -- Какая?

  -- Есть!

  -- Это только вы так думаете.

  -- Ничего подобного! Не я одна! Все так считают!

  -- И для вас этого достаточно, чтобы принять без критики глупый обычай?

   При слове "глупый" женщина в шляпке с возмущением передергивается и принимает еще более неприступный вид. Шибалин продолжает, так ни разу и не увидев ее лица:

   -- Гражданка! Неужели вы не сознаете, что в этом "принятом" обычае нет абсолютно никакого смысла, что это пережиток, который давно пора сдать в архив? Неужели вы, жительница большого города, сами никогда не попадали в такое же досадное положение, когда с одной стороны у вас вдруг появлялось сильное желание "познакомиться" с каким-нибудь симпатичным вам лицом того или другого пола, а с другой стороны вас останавливал страх перед идиотским обычаем, запрещающим это?

   При слове "идиотский" женщина в шляпке вскидывается на скамье, как рыба на песке. И умолкает еще крепче, еще упрямее, злее.

  -- Почему же вы замолчали? Так хорошо говорили, а по­том вдруг...

  -- Я вам, кажется, по-русски сказала: с нез-на-комы-ми не раз-го-ва-ри-ваю!

  -- Но ведь вы уже разговаривали со мной!

  -- И не думала!

   А сейчас разве не говорите? Все равно уже поговори­ли -- оскоромились, давайте будем говорить -- скоромиться дальше.

   Женщина в шляпке как сидит, так и взрывается на месте бомбой:

   -- Йох!..

   Встает на ноги. Стоит. С лицом мученицы обращается к проплывающим над деревьями белым облакам:

   -- Одной минуты не дают посидеть спокойно!.. Не один, так другой!.. Так и лезут, так и лезут!.. Уже десятую скамейку меняю!..

   Пружиной отскакивает от скамьи. И в момент исчезает, тонет в проплывающей мимо публике. Шибалин весело пишет.

XVI

   Проходит четверть часа, и Шибалин уже сидит рядом с молоденькой, миловидной женщиной в женской кепочке с узень­ким кожаным козыречком, насунутым на глаза.

   -- Не знаю, с какими словами удобнее к вам подойти, гражданка, чтобы вы не испугались и не убежали!

   Миловидная женщина поднимает на него удивленный взгляд. Он горячо продолжает:

   -- Имейте в виду, гражданка! Ни денег, ни любви я у вас не прошу! Я прошу только разрешения побеседовать с вами на одну очень волнующую меня тему! Я исследователь, работаю над вопросом о человеческих взаимоотношениях вообще, людей же разного пола в особенности. И мне необходимо узнать мнение на этот счет возможно большего числа людей! Но это не статистика, нет! И мне нужны не цифры, нет! Словом, надеюсь, вы не воспрепятствуете мне попросту, по-человечески побеседовать с вами?

   Миловидная, делая движение узкими плечиками:

   -- Пожалуйста.

   Шибалин почти растроганно:

  -- Благодарю вас, гражданка! Благодарю! Кажется, это пу­стяк, а между тем это такая редкость в наше культурное время! Значит, вы не из числа тех, которые принципиально не разгова­ривают с "незнакомыми"?