— Ты к ней сама зачем цепляешься? — так же тихо ответила Майя. — И вообще, ей убивать Люсю было невыгодно! Кто ей теперь долг отдаст?
— Так мы про этот долг только со слов Насти и знаем! — упрямо тряхнула головой Белинская. — Может, она специально все сама и придумала. Чтобы на нее никто не подумал! Ты скажи своему другу Митьке — пусть ее проверят!
— Скажу, скажу, обязательно. Ты же была уверена, что Кузнецова виновата, а теперь Настя — убийца? — шепотом продолжила разговор Майя.
— Мымра по-любому виновата, но Ладошкина точно как маньяк выглядит, а может… они обе вместе? — с придыханием выдохнула Белинская.
Майя от неожиданности захихикала и тут же закрыла рот ладонью.
— Вот ты, Стеша, даешь! Все тебе маньяки мерещатся!
— Ага, они самые! — поддакнула подруга и тоже захихикала.
— О чем сплетничаете? — сзади бесшумно подкрался Антон Новоселов.
— О тебе, Антоша, о тебе — о ком же еще?! О маньяках! — с улыбкой ответила Стефания.
— Надеюсь, о сексуальных! — Антон приосанился, расправил плечи.
Девчонки в ответ захихикали.
— Я просто предупредить хотел, что Настя с Никитой против вас что-то замышляют! Я мимо проходил и краем уха слышал гадости за вашей спиной.
— Это не новость, Антоша, — устало вздохнула Майя.
— Да, так вы в курсе? — удивился парень.
— В курсе! В курсе! — поддакнула Стефания. — Только пусть обломаются враги, ничего им не светит! — она помахала кулаком в сторону злобной парочки, но, напоровшись на внимательный взгляд Авдюшина, солнечно улыбнулась ему и покачала головой.
За всеми этими разговорами они уже практически подошли к Заполью — лагерь находился всего в нескольких километрах от деревни.
Первым, кого ребята увидели сидящим на скамейке у большого зеленого дома, был Аркаша Сидельников — глава протестующих против экспедиции жителей.
После того как они вместе нашли тело Людмилы Тихомировой, Майя его не видела.
Он так же был хмур, небрит, одет в ту же потрепанную грязную футболку хеви-метал, только сегодня вместо старых кед на нем были белоснежные яркие кроссовки.
Он печально сидел на скамейке у дома и смотрел на приближающихся студентов.
— Привет, молодежь. Какими судьбами? — уныло спросил он.
— Теми же самыми судьбами, хотим хлеба и зрелищ. Зрелищ нам хватает, а вот хлеба хотелось бы приобрести! Где тут ближайший магазин? — спросил его Никита.
— Ближайший?! Еще скажи супермаркет! Тут один-единственный магазин! — резонно ответил Аркадий.
— Сельпо? — хмыкнула Рита.
— Нет, почему сельпо?! Просто магазин, вот в конце улицы — прямо идите, не ошибетесь!
— А вы почему с бабками вашими с транспарантами не стоите там, у лагеря? — спросил его Антон.
— А смысл? Все равно пока раскопки приостановили! Из-за трупа! Чего там мне стоять?
— А бабки зачем стоят? — удивилась Майя.
— Не бабки, а наши сознательные граждане с повышенной социальной активностью! — усмехнулся Аркадий.
— Бабки, значит! — утвердительно заключила Белинская.
— И видать, ваши бабки стоят за ваши же бабки! — громко заржал Никита.
— Они стоят, чтоб вы не расслаблялись! Знали, что вам копать здесь не дадим! Руки прочь от Шумки, от нашего Рюрика! — с воодушевлением сказал глава митинга.
— Рюрик не ваш, он общий! — поддел его Никита.
— Так вам смерть Людмилы была выгодна, чтоб мы не копали?! — удивленно воскликнула Стефания.
— Тсс… дура, молчи! Я с вами вместе был, когда девку мертвую нашли! Меня по допросам таскали несколько дней!
— Ты кого дурой назвал?! — обиделась Белинская.
— Ладно, не дура! Но глупостей не говори! Тут после этого убийства еще хуже стало — наехали следователи, полицейские, эксперты, еще много народу — нам зачем такой ажиотаж нужен?! Мы хотели, чтобы вы лагерь тихо-тихо свернули и уехали в свой Питер! А теперь непонятно, сколько будут убийцу искать! — сокрушенно взмахнул руками Сидельников. — Если мне про Шум-гору не верите, сходите к нашей бабке Агафье, она тутошний специалист по фольклору, связанному с Шум-горой, она вам много интересного расскажет.
— Возможно, сходим, если время будет, — пообещал Алексей.
— Этот Аркадий — очень подозрительный тип! — прошептала на ухо подруге Майя.
— Согласна! — так же тихо, одними губами ответила Белинская.
И девушки бодро зашагали в сторону магазина.
