– Выглядит справедливо, – кивнула девушка. – Последний вопрос, Учитель. Выполнение этого недоквеста хоть сколько-то приблизит меня к цели, которую мы с вами обсуждали при нашей первой встрече?
– Без сомнения, – не задумываясь, ответил старец.
– Тогда я согласна, – наклонившись, Стрелок положила (почти выронила!) меня на свободную подушечку возле столика. Могла бы и поаккуратнее вообще-то!
– В таком случае, не теряй времени – силы ками на исходе! Ступай к озеру, – велел ей между тем непись.
– Да, Учитель.
Поклонившись, девушка быстро вышла из комнаты.
Едва сдвижная дверца за ней закрылась, распахнулась другая, расположенная в задней стене – увидеть этого со своей подушечки я не мог, но безошибочно угадал по шороху и колебанию воздуха.
– Я все с-слыш-шала, Учитель, – раздался оттуда тихий, сиплый голос. – Отправляюс-сь немедленно.
– Ступай, моя бывшая ученица, – кивнул оставшейся вне поля моего зрения собеседнице Кииоши-сама. – И на этот раз будь внимательнее!
– Хорош-шо, Учитель…
Так и не попавшись мне на глаза – точнее на единственный глаз: второй был безнадежно уткнут в алый бархат подушечки – новая собеседница старца бесшумно удалилась. Проводив ее долгим задумчивым взглядом, непись взял со стола недопитую чашку и поднес ее ко рту. На меня Кииоши-сама даже не покосился – словно и вовсе забыл о моем присутствии в комнате…
…и так и не вспоминал о нем до самого возвращения своих учениц!
Гонец, отправленная старцем к горе Хаку, явилась первой. Рассмотреть ее я вновь не сумел, и вовсе не потому, что она столь уж старательно скрывалась. То есть, может, и скрывалась, но если так – лишь зря напрягалась: взор мой окончательно померк, а ум затуманился. Отдав неписю зеленый пучок чудо-травы, таинственная ученица нас незамедлительно покинула, и подоспевшая через четверть часа с миской «живой» воды Стрелок ее у старца уже не застала.
Приготовленный Кииоши-сама напиток благоухал, как тысяча роз, и на вкус был слаще меда. Не помню, как сумел сделать глоток, но едва первая целебная капля попала мне в горло, никакая сила уже, наверное, не смогла бы оторвать меня от варева, которым по указанию непися потчевала меня девушка.
Испив котелок с лекарством до дна, в порыве чувств я расправил крылья и шустро вспорхнул с подушечки на столик – сам не знаю зачем. Стрелок, не сдержавшись, прыснула, и даже Кииоши-сама, кажется, улыбнулся.
К слову, это был мой первый в жизни птичий полет – недолгий, но по-своему энергичный.
Не медля, я вызвал таблицу меню – еще даже не решив, что именно собираюсь сделать: просто проверить показатели, выйти из игры или, может, скинуть наконец постылый аватар. Однако, как нередко случается в игре (да и не только в игре), все уже было решено за меня, о чем и не преминула уведомить система:
Да уж, вот она, оборотная сторона статуса ками! Там, где обычный игрок может отделаться от благодетеля банальным «Аригато!», ну или, в крайнем случае, попробовать поторговаться, мы вынуждены поступать строго по установленному шаблону.
– Благодарю, Стрелок, – вдавив кнопку «Да» (насчет размера больше ожидаемого, это, без сомнения, был бы уже перебор), по-попугаичьи грассируя, произнес я навязанную системой фразу. – Теперь я твой должник. Трижды можешь рассчитывать на мою помощь.
– Фига се, а он у нас, оказывается, говорящий! – присвистнула девушка. – А что касается помощи… – она коротко стрельнула глазами на Кииоши-сама – старец хранил невозмутимость. – Очень кстати! Мне как раз кое-что позарез нужно от этой постылой игры!
– Долг все еще целиком на тебе, – констатировал Сэнсэй, коротко скользнув взглядом по моему «нимбу». – Стрелок попросила нечто неисполнимое?
