Они потеряли несколько часов, потому что Холлан решил вернуться на дорогу, ведущую от переправы к ярмарке. Люди князя и представителя Порядка не знают, что они идут в Римерфар, и первым делом направятся в Ромну. Однако, если они решат проверить и этот вариант, то скорее всего выберут путь напрямую от Флановой пустоши, не выходя на дорогу.
Шелли отдала культисту свой плащ, чтобы тот накрыл голову капюшоном. На жаре это выглядело странно, но не привлекало столько внимания, сколько привлекли бы растительные татуировки на лысом черепе мужчины. Холлан распустил волосы. По пути стало попадаться всё больше поселений, и монашка спорила с наёмником: она пыталась убедить его, что культисту надо развязать руки. На неё не действовали никакие аргументы, и Холлан просто ушёл вперёд, чтобы не слушать эту чушь. По его мнению, достаточно было того, что запястья культиста прикрыты плащом.
Они дошли до окраин Римерфара уже к вечеру. Здесь, на равнине, дул пронизывающий ветер, собрались тучи и роняли на путников крупные капли дождя. Поиск ночлега был задачей не из лёгких: местные стражники патрулировали окрестные леса, чтобы гости ярмарки не ночевали под открытым небом. На время ярмарки разрешалось жить исключительно в гостиницах или у местных жителей, которые обязаны были регистрировать любого постояльца. Естественно, все приличные места ближе к территории ярмарки были забиты ещё до начала, а опоздавшие ютились по нескольку человек в маленьких комнатушках фермерских домов.
Пришлось обойти все окрестности, прежде чем хозяин одной из ферм не предложил уставшим путникам уютное местечко в коровнике по цене княжеских комнат. В стоимость входило парное молоко и свежеиспечённый хлеб, за остальную еду нужно было платить отдельно. Холлан скрепя сердце отсыпал довольному хозяину приличную горсть монет.
– Мне надобно записать ваши имена, откудова вы и род занятий. Для порядку, – деловым тоном произнёс довольный мужчина, убирая монеты в поясной мешочек.
– Холлан из Порт-Акара, Дом наёмников Акруса. Базиль из Стэн-Ноута, помощник. Шелли, монашка из Ромны. И её сопровождающий… Кассар, – Холлан и сам не знал, почему первым пришло на ум имя начальника стражи Стэн-Ноута.
Фермера это вполне удовлетворило, и он не стал даже пытаться познакомиться с гостями лично – Холлан каждый раз оставлял спутников на подходе к очередной ферме.
– Вход на ярмарку открывается каждый день в девять, – счёл нужным напоследок проинформировать наёмника фермер. – Платишь на один день, вышел – так и всё, обратно захотел – нетушки, плати сызнова цельную сумму. Тут один схитрить хотел – схоронился за стрельбищем, думал, ночь там провести да утром как ни в чём не бывало выйти, ан нет, стражники бдят! Отловили хитреца!
В коровнике предсказуемо стоял тяжёлый кислый запах. Недельный телёнок недовольно мычал басом, требуя молока, а ему за компанию вторил молодой бычок. Несколько коров расположились на соломе, лениво обмахивались хвостами от жирных чёрных мух. Холлан покачал головой, глядя на то, как Базиль привязывает культиста к хлипкой перекладине. Шелли устроилась в уголке и дрожала, завернувшись в жилетку, которую ей отдал Базиль – женщина промокла и замёрзла, пока они ждали Холлана. Мальчишка сгрёб в угол побольше соломы, но ложиться не стал, вышел на улицу. Холлан последовал за ним.
Над Римерфаром всё ещё висели тучи, но полноценный дождь так и не пошёл. На горизонте небо было чистым. Догорал закат, узкой красной полосой вырисовывая силуэты холмов. Холлан не мог отделаться от плохих предчувствий. Всё складывалось не так, как он рассчитывал. Мальчишка устроился на траве, положил палочку – Холлан знал: нижняя часть обозначает мир людей и настоящее, верхняя – мир духов и будущее. Смешно. Базиль подкинул камушки.
– Длинный путь, – произнёс мальчишка, и наёмник ушёл под крышу.
Но и в коровнике не было покоя. Культист сначала молча наблюдал, как Холлан устраивается в соломе, а потом вдруг сказал:
– Спасибо, что не отдал меня представителю Порядка.
– Если ты ещё раз откроешь рот, я сдам тебя первому же патрулю, – пригрозил Холлан.
Вопреки его ожиданию, культист не опустил голову, не уставился в пол, как обычно, а резко сказал:
– Не тебе судить меня, Холлан. Ты не видел того, что видел я! Моего учителя, моих друзей, моё племя убивали на моих глазах!
Холлан хотел остановить его, пока собственные воспоминания не пробудились и не начали терзать душу, но было поздно. Наёмник сжал челюсти и закрыл глаза, а культист всё не затыкался:
– А потом нас, тех, кто остался в живых, потащили в северную столицу, чтобы мы лично увидели смерть последнего князя Племени. Ты жив, а значит, Илисар отослал тебя из Луны-у-Ворот до того, как войска Серого князя захватили деревню. Ты не видел его смерть! В нас всех тогда умерла надежда. Я умер с его последним вздохом! Когда в деревню пришёл Культ Пустоты, им не составило труда обратить меня и других подростков в свою веру. В веру, что в конце концов всё плохое и хорошее закончится в Пустоте.
