И это на два ранга выше его собственного! Немыслимо. Использовать для конструкта потоки посредственного ранга Ветерана и создать то, что далеко не каждому Мастеру под силу это настоящий талант! Не удивительно, что Семен исчерпал все внутренние резервы.
Стоит переключить тренировки этого юнца в сторону увеличения запасов энергии и общей выносливости, как он станет Мастером за пару лет!
Улыбка сама расплылась по моему лицу. Если каждый из этих студентов так же талантлив и способен преодолевать свой ранг хотя бы в нескольких техниках, то наш боевой потенциал куда выше, чем я предполагал изначально. И это я увидел пока только одну единственную технику нашего запасного бойца второкурсника, который задействован в операции лишь полтора года.
Тем любопытнее на что способны остальные.
— Впечатляет, — искренне похвалил я, не отводя взгляда от тонкого плетения защитного конструкта, — сколько продержится?
— Пять минут без потери прочности, — прохрипел Семен и поднялся на ноги с помощью Тимура.
— Неплохо, — кивнул я и прокашлялся, — перед вами автономный защитный конструкт. Плюсы: максимальная прочность, длительность действия, нет необходимости подпитывать. Кто назовет минусы?
— Отсутствие мобильности, изоляция союзника от боя, — тут же ответил Олег и показательно врезался в барьер плечом.
— Верно. Олежка у нас будто в клетке и Семен обессилен. Получается минус два бойца от одной защитной техники.
— Запрос был максимальная защита, — обиженно бросил Болдырев, — я могу накладывать мобильные щиты, краткосрочные, с активацией только при атаке…
— Но их прочность будет ниже, я понял. Претензий нет. В условиях, когда твой товарищ без сознания, лишен сил или мобильности, этот вариант подходит лучше всего. Но в боевых условиях нельзя забывать о себе. Какое первое правило оказания медицинской помощи пострадавшему?
— Убедиться в собственной безопасности, — спокойно ответил Тимур.
— Верно. Особенно если ты единственный в команде кто отвечает за защиту товарищей. С этим разобрались. Для продолжения демонстрации мне понадобится помощь нашего Архимага, — проговорил я и повернулся к Арсению.
— Я думал это твоя практика, — хмыкнул Арсений, но все равно подошел к центру поля и завороженно провел пальцем по мерцающей желтой структуре купола.
— Нужно независимая оценка силы барьера, — пояснил я, — ты у нас типа рефери. Сломай, будь добр.
— Нет нужды оценивать, никто из присутствующих студентов не способен даже близко повторить подобное, — недоверчиво пробурчал Арсений, но прислонил ладонь к куполу.
Отвечать я не стал, а просто махнул рукой и отошел на несколько метров. Арсений посверлил меня взглядом пару секунд, но не нашелся что еще сказать.
В один миг маскировка Архимага слетела и нас придавило к земле выбросом чистого боевого потока. От энергетической вспышки песок взмылся в воздух и закрыл всем обзор.
Арсений подождал пока он осядет и только потом пустил боевой поток в правую руку.
В помещении раздался жуткий треск. Пальцы Арсения засветились от прикладываемых усилий. Защитный желтый купол тут же покрылся мелкими трещинами. Его структура сопротивлялась агрессивному воздействию, но через пятнадцать секунд конструкт не выдержал и рассыпался не мелкие кусочки.
Арсений удовлетворенно хмыкнул и убрал руку. Вот кого еще мне хотелось бы увидеть в настоящем бою. Защитный конструкт уровня Мастера уничтожил лишь силой сжатия одной руки. С такой мощью можно стихийные атаки отражать голыми руками.
— Олег правильно сказал, — уважительно проговорил Арсений, — Семен, это самый сильный барьер, который я от тебя видел. Потрясающий прогресс. Но ты должен понимать, что твоего брата сегодня он бы не спас, — изменился в лице Архимаг.
— Что?! — округлил глаза Болдырев и его плечи бессильно опустились.
— Люди Коновницына не слабее меня, и вы должны это четко понимать, — серьезным тоном проговорил Арсений, — в Лондоне ваша задача избегать прямых столкновений. Держаться друг друга и быть в людных местах. Полный список рекомендаций я выдам вам в течение нескольких часов. Марк, ты ведь поможешь его дополнить?
Скрывать знания про чертову дюжину было бессмысленно. Да я и не собирался. Чем меньше рисков у нас будет завтра, тем лучше.
— Без проблем. Как будет готов черновик обращайся. Внесу правки, — спокойно ответил я.
Арсений благодарно кивнул и тут же сказал:
— Твоя очередь.
— А?
— Барьер. Ты ведь намекал что сможешь лучше? Давай, показывай, — пояснил Арсений и отошел от центра поля.
— Вы, похоже меня не так поняли, — вздохнул я, — барьер буду ставить не совсем я, а Олег.
В помещении на миг повисла тишина и вновь этот осуждающий взгляд. Ей богу, будто с детьми маленькими общаюсь.
— Я не умею создавать барьеры, — закатил глаза Олег, — вообще-то, в этом и заключается основная проблема. Никто из нас не умеет! Никакие! В операции у каждого своя роль и…
— Да, да, да, — резко перебил я и подошел вплотную к сыну Генерал-Губернатора.
Олежка тут же замолк, когда у его горла оказался один из тренировочных кинжалов.
