– Это зовётся верой, да? Наверно, это помогает жить. Мариник лишён веры, Синеглазый. Самое большее, во что мы верим, – что лучшие из нас после смерти переселятся на четвёртое солнце и будут вечно жить в лесах, где нет Одигер.
– В Саоре считают, что после смерти наши души уходят к звёздам, обретая бессмертие, – ответил Дэйкен. – Быть может, Линз, любая наша вера имеет под собой основание. Однажды я видел эти звёзды… они показались мне странно знакомыми.
Они обменялись долгим взглядом: Дэрэк же подумал, что и он знает, как выглядят звёзды, о которых упомянул Синеглазый. Он вспомнил их свет, голубой и холодный, и ощущение вечного покоя. Ему стало страшно. Он дрогнул и невольно потянулся к Джэду и к огню, ища внимания и тепла костра.
– Что с тобой, Дэрэк? – заволновался Дэйкен.
– Так… вспомнилось. И замёрз.
У него не хватило мужества признаться, что в нём всё заледенело при одном упоминании мертвенного сияния звёзд вечности.
– Садись поближе, – потеснился Синеглазый. – Иза, подкинь дров.
Дэриэн прислонился к нему, глядя, как пламя с тихим треском обгладывает ветки, послушно подброшенные девочкой.
«Обними меня… догадаешься? Мне неловко просить…»
Рука Джэда легла на его плечо:
– Согрелся?
Дэрэк довольно кивнул.
Геза легонько толкнула их в бок, и принц в который раз поразился силе обитателей Мариника: даже девушки заставляли его чувствовать себя слабаком.
– Хотите взглянуть на Кежгери?
– На что? – переспросил, растерявшись Дэрэк.
– Кежгери – это… – она задумалась, подыскивая подходящее слово, – это колодец, но очень большой, огромный!
Дэриэн покосился на неё, подумав: что может быть интересного в колодце?
– Это подземное озеро, – откликнулся Джэд, – одно из искусственно созданных людьми.
– Одно из?! – тотчас же уцепился за замечание Синеглазого Линз. – Значит, были и другие?
– Были, – подтвердил Дэйкен, – в каждом городе, а в крупных и по нескольку. Во время Прохождений они давали воду – и жизнь.
Линз засуетился, сбегал куда-то и быстро вернулся с металлической табличкой в руках:
– Тут рисунок. Вот это – Кежгери, его очертания спутать невозможно. А дальше – сто тридцать семь похожих на него, больших и малых. Я думал, это вымысел.
– Нет, это правда. В Саоре существуют записи с тех пор, как тут жили наши Наблюдатели. Какие у вас были грандиозные города! А карнавалы, посвящённые Одигер, когда глава города благословлял очищенный Прохождением мир, – потрясающие!
– Мы всё утратили, – вздохнул Линз. – Всё, что с таким трудом построили наши прадеды. Мариник медленно катится к концу.
– Города и озёра создали люди, – возразил Синеглазый, – такие, как ты и те, кто с тобой. Не спорю, сейчас вы их не восстановите. Вас слишком мало, и вы тратите все силы на то, чтобы просто выжить. Но уже через одно-два поколения всё может измениться.
Дэрэк с гордостью посмотрел на него.
Линз согласно закивал:
– Я изучил, как устроены машины, дающие нам воздух. Ничего особенно сложного в них нет. Мы пока не в состоянии делать такие же, потому, что у нас нет подходящих инструментов и металл наш не такой прочный. Неск, наш кузнец, говорит, всё дело в том, что мы далеко от выработок, где добывали особую руду. Если мы её достанем, он попробует изготовить сплав, не уступающий древнему. Плохо, что воины Кеба, Хорза и Кога не дают нам уходить далеко от Пещер. Мы могли бы отыскать заброшенные рудники! У меня есть карта…
– Тебе бы всё поиски! – фыркнула старшая из женщин. – Сходи лучше, почини мой ткацкий станок! Второй день прошу!
– Хорошо, хорошо, Теки, – проворчал Линз. – Займусь этим, как только покажу гостям Кежгери.
Он потянулся взять факел, но Джэд остановил его:
– Обойдёмся без этого.
Над ним вспыхнул огонёк, осветивший пещеру до самых дальних углов. Линз, а вместе с ним и остальные, ахнули:
– Что это?!
– Магия, – улыбнулся Синеглазый, – то, что вы называете колдовством. Скиж хорошо помнит эти штуки.
– Но как это происходит? – выдохнула Теки.
– Это сложно объяснить. Не потому, что я хочу что-либо утаить. Просто магию Саора не выразить словами. Это врождённый дар. Дети могут плохо ходить и говорить, но уже зажигают огоньки с наступлением сумерек, сила заложена в них с рождения.
– За редким исключением в виде меня, – вполголоса буркнул Дэрэк.
– Ты не маг? – расслышала его Геза.
– Увы, нет.
– А кто такой маг? – робко спросила Иза.
– Помолчи! – шикнула на неё Теки, но Дэйкен вмешался:
– А как ты сама думаешь?
– Это такой особенный… человек, который может делать всё, что захочет: жить вечно, не бояться Одигер, убивать врагов на расстоянии, насылать болезни и беды, обращать людей в разных мерзких тварей, дичь приманивать… да мало ли что! – она испуганно поджала губы.
Джэд не выдержал и от души расхохотался:
– Иза, во всём этом вздоре действительности соответствует только одно – мы и впрямь люди. Живём, правда, долго, порой несколько веков, но не бесконечно.
