Мне, правда, страшно. Вдруг Эльги скажет – да, ревную. Пусть слегка, глубоко внутри, но обижена. Я поклялся хранить ей верность, прошёл Обряд… Только её чувства ничего не изменят, и мне останется лишь сказать правду, каким бы мерзавцем при этом я себя не чувствовал. Никто и ничто не разлучит меня с Дэрэком.
– Джэд, – губы Эльги улыбаются, – да я же всё знала с самого начала! Ты ни в чём меня не обманывал! Стоя в венке из сошта, я уже понимала, кто из нас с принцем твоя судьба. Принося клятву, я ещё тогда со всем согласилась! Это был мой выбор, мой, собственный… Вспомни, как вы встали! Рядом, касаясь плечами! Во всём Саоре не нашлось бы силы, чтобы развела вас. Гэсса попыталась, я возразила – не надо. Вы сами не осознавали тогда, что это, но я была рада за вас! Вы всегда представлялись мне единым существом… Ревновать к Дэрэку просто глупо!
Я обнимаю её. Эльги, моя Эльги… Лучшая из женщин, моя жена, мой настоящий друг… Оглядываюсь: в комнате мы одни. Элэйн достаточно сметлива и не лишена деликатности. Дальше я опять ставлю Защиту – только полную, чтобы нас не потревожили. Меня целуют – осторожно и ласково, и ждут, пока я перейду к решительным действиям. С Эльги всё по-другому, и темп, и движения, о её удовольствии мне надо догадываться и самому сдерживаться… Но всё равно хорошо… и мало.
– Ты совершенство, – шепчет мне жена, – в постели точно.
– Ещё? – я жажду продолжения, но Эльги противится:
– Мне достаточно. Не стала говорить при Элэйн, но это главная причина, по которой я благословляю твоего мужа. Я никогда не справилась бы с тобой! Как у Дэрэка хватает сил и желания! И не пытайся меня соблазнять. Ты прекрасен, Синеглазый… этот изгиб, и твоя готовность… Бесполезно. Могу лишь поцеловать, но, судя по твоему взгляду, тебе это капля в море.
Врать бессмысленно. Моё тело говорит обо всём слишком красноречиво.
– Иди к себе, – жена напоследок касается губами моего виска, – уверена, Дэрэк скоро придёт. Он же чувствует – и твоё желание, и неудовлетворённость.
Она ошибается. Моя любовь гораздо ближе. И Защита ему нипочём!
– И что вы тут устроили? – в голосе лёгкая обида. – Эльги, вообще-то для этого спальня есть. За соседней дверью. А кресла для этого не подходят!
– Молчи уж, – смеётся королева, – для вас всё подходит! И забирай своего мужа, я его только раздразнила.
– Вижу.
Дэрэк целует меня жадно, взасос, до остановки дыхания. С ним мне не надо сдерживать себя. И он не ждёт моих действий. Он сам намерен брать меня и доставлять удовольствие – столько раз, сколько потребуется. А я буду отдаваться – пока не попрошу пощады. Если попрошу.
Когда мы вновь оказываемся способны смотреть по сторонам, Эльгер уже нет. Ушла… Она никогда не соглашается на продолжение. И спать со мной не остаётся, даже тогда, когда мы были с ней вдвоём и я не просыпался каждую ночь от кошмаров. Дэрэк терпит меня семнадцать лет. Ублажает всеми доступными способами, лишь бы я наслаждался. А я давно не предлагаю ему спать отдельно. Однажды заикнулся… Такой обиды я не помню за все эти годы!
– Синеглазый, правда, постель удобнее. Пойдём!
Иду. Трепеща и предвкушая. Он – никогда не оставит меня неудовлетворённым.
– Дэрэк, а ты… не ревнуешь?
Вместо ответа меня опять целуют – так, что подкашиваются ноги.
– Не задавай глупых вопросов.
И что это значит? Ни «да», ни «нет»! Через минуту меня это уже перестаёт волновать…
– Заткнись! – заорала Алия.
Тия ошарашенно взмахнула пушистыми ресницами, раз, второй, третий – и её золотые глаза подозрительно заблестели.
– Ли, ты… полегче бы, – осуждающе заметила Калэ.
Сайнер и вовсе промолчала, издевательски вздёрнув тонкую бровь.
– Если я опять услышу, какой он красавец, насколько у него невероятные глаза, во что он одет и прочую ахинею, я наложу на тебя Заклинание Тишины и наконец-то отдохну от этого вздора! – гневно продолжила Алия, решительно наступая на Тию. – Как можно из всех парней Саора увлечься самым недоступным?! Ты бы ещё в Создателя втрескалась!
– А что, – ехидно улыбнулась Сайнер, – Тор на сына как две капли воды похож. Тия, чем тебя отец не устраивает? И глаза такого же цвета, и рост, и…
– Замолчите! – сквозь слёзы попыталась огрызнуться девушка. – Как будто вам он не нравится!
– Нет, – зло ответила Ли, – мне он не просто «не нравится». Я его терпеть не могу – с его изумительными глазищами, великолепной фигурой, прекрасным лицом и всей его нечеловеческой силой! Потому, что устала слушать, как все превозносят это синеглазое совершенство!
– Ну-ну, – протянула Калэ, – разумеется, только поэтому. И вообще, разве может быть идеален кто-то, чьи глаза не цвета лоолских изумрудов?
Алия в ярости повернулась к говорившей – и натолкнулась на насмешливый взгляд:
– Прежде чем набрасываться на Тию, задай себе вопрос, Ли: с какого момента ты так невзлюбила короля Саора? Не с того ли дня, как прониклась симпатией к парню, который твою нелюбовь к синим глазам не разделяет. Напротив, в них для него заключён весь свет мира.
– Довольно, – стремительно бледнея, выдохнула Алия.
