Наконец в 1890 году величественное оборонительное сооружение предъявили для осмотра членам царской семьи во главе с императором Александром III, что должно было свидетельствовать о полной готовности объекта.
На тот момент форт считался практически неприступным и мог решить исход любой военной кампании: взять его штурмом было невозможно, а оставить врага у себя в глубоком тылу – противоречило всем правилам ведения войны.
Однако… В начале Первой мировой части российского Юго-Западного фронта почему-то оставили Тараканов без боя. Зато бойцы 4-й австрийской армии, сменившие их за стенами крепости, стояли до конца, и почти все были уничтожены во время легендарного Брусиловского прорыва летом 1916 года.
А в годы Великой Отечественной войны крепость вообще никто не защищал. Хотя гораздо меньшая по размерам – Брестская – держалась долго, сопротивлялась отчаянно, став мерилом стойкости, эталоном мужества для всего мира.
И все же небольшой украинской деревеньке с экзотическим названием Тараканов суждено было оставить свой след и в истории того периода. Ведь именно здесь разыгралось самое крупное танковое сражение первого периода очередной мировой бойни.
Наступление противника сдерживали войска трех советских армий: 5-й – М.И. Потапова, 6-й – И.Н. Музыченко и 26-й – Ф.Я Костенко. Против танковых подразделений вермахта были брошены: 19-й механизированный корпус под командованием уже известного нам Николая Владимировича Фекленко и 9-й – «восходящей звезды» советского военного искусства Константина Константиновича Рокоссовского, приданные 5-й армии; 15-й механизированный корпус Ивана Игнатьевича Карпезо из состава 6-й армии РККА, и 8-й мехкорпус Дмитрия Ивановича Рябышева из 26-й армии.
22 июня 1-я танковая группа Пауля Людвига Эвальда фон Клейста прорвала фронт на стыке 5-й и 6-й армий РККА и выдвинулась в направлении Радехов – Берестечко. К 24 июня она заняла рубеж на реке Стырь, за которой располагались войска 131-й моторизованной дивизии 9-го механизированного корпуса.
На Радехов выдвигался и 15-й мехкорпус РККА из двух танковых дивизий (третья – 212-я моторизованная – осталась в Бродах). При этом значительная часть его гусеничных машин была уже потеряна в ходе столкновений с 11-й танковой дивизией вермахта.
На рассвете 24 июня 24-й танковый полк 20-й танковой дивизии полковника Михаила Ефремовича Катукова из состава этого корпуса с ходу атаковал части 13-й немецкой танковой дивизии, захватив около 300 пленных. Наши потери составили 33 танка БТ.
19-й мехкорпус генерал-майора Фекленко, с начала войны начавший выдвижение к западной границе, вечером 24 июня вышел на берег реки Иквы[62] в районе Млынова. Передовая рота 40-й танковой дивизии заблокировала переправу немецкой 13-й танковой дивизии. Но развить успех не удалось.
Предложение начальника штаба Юго-Западного фронта генерала Максима Алексеевича Пуркаева: отвести войска на восток и помышлять о контратаках лишь после создания сплошной линии обороны, – было отвергнуто, и под давлением представителя Ставки Главного командования Г. К. Жукова принято решение нанести удар по немецкой группировке силами всех мехкорпусов и трех стрелковых корпусов фронтового подчинения – 31-го, 36-го и 37-го.
В реальности же указанные части находились только на пути к фронту и вступали в бой по мере прибытия без взаимной координации действий!
В итоге получилось, что в наступлении приняли участие только 9-й и 19-й механизированные корпуса с севера, 8-й и 15-й – с юга. Во встречное танковое сражение с ними вступили войска 9-й, 11-й, 14-й и 16-й танковых дивизий из 1-й танковой группы и 6-й армии вермахта.
Руководствуясь указанием Военного совета ЮЗФ, командующий 5-й армией генерал-майор М.И. Потапов приказал сместить направление удара двух упомянутых механизированных корпусов на левый фланг немецкой группировки, то есть на Млынов, а 36-го стрелкового корпуса – на Дубно.
На этот же населенный пункт нацелились и части 15-го мехкорпуса, которые сначала должны были выйти к Берестечко.
Но всего лишь за одну ночь – с 26 на 27 июня – немцы переправили через реку свою пехоту и смогли сосредоточить против 9-го механизированного корпуса, шедшего в авангарде советских сил, свои 13-ю танковую, 25-ю моторизованную, 11-ю пехотную и части 14-й танковой дивизии.
Обнаружив перед собой свежие войска противника, Рокоссовский, у которого уже не было резервов, дальнейшее наступление отменил и сообщил в штаб, что атака не удалась.
В то же время против нашего правого фланга под Луцком вели активные действия войска 298-й и 299-й пехотных дивизий немцев при поддержке 14-й танковой дивизии вермахта. На данное направление пришлось срочно перебросить 20-ю танковую дивизию РККА, что стабилизировало положение до первых чисел июля.
19-й мехкорпус Фекленко, как и 9-й, развить наступление не смог. Более того, под ударами немецких 11-й и 13-й танковых дивизий он отошел на Ровно, а затем на Гощу, потеряв при отступлении большую часть танков, автомашин и орудий.
