Вместо ответа агент ФБР тронулся дальше на север по трассе 21. Примерно через две мили они проехали крохотный выцветший указатель «ОЗЕРО ВАЛУПТ», и Пендергаст снова сбросил скорость. Прищурившись, Колдмун разглядел сквозь туман озеро, окруженное вездесущим лесом. Вода была почти черной. На дальнем берегу, за рощицей, расположилась ферма с сараем, хлевом и таким маленьким участком ровной земли, что на нем трудно было хоть что-нибудь вырастить. Дальше снова высились горы.
Пендергаст помолчал, а затем взял с заднего сиденья мягкую сумку. К удивлению Колдмуна, он достал оттуда зеркальную камеру. Колдмун, немного разбиравшийся в фотоаппаратах, опознал в ней новейшую модель – «Лейка С3». Снова потянувшись к сумке, Пендергаст извлек и объектив: асферический «Лейка-Суммикрон-С», разумеется. Одна эта стекляшка потянула бы на восемь-девять штук, если бы вам посчастливилось отыскать такую.
– А вы не могли взять с собой камеру подороже? – поинтересовался Колдмун. – Чем плох ваш сотовый телефон, например?
– В данном случае главное – это качество. А сейчас прошу вас немного помолчать: я хочу добиться нужной степени боке[75].
– Вы хотите получить премию в области фотографии?
– Если только попутно. Моя главная цель – вызвать максимально возможную ностальгию.
Пендергаст установил объектив, навел камеру на ферму за озером, сосредоточился и снял несколько выверенных планов с различным фокусным расстоянием. Потом положил камеру обратно в сумку, пересек мост через дальний конец озера, заглушил двигатель и пустил машину вниз по склону от дороги к ферме. Они остановились рядом с хлевом. Пендергаст бесшумно вышел и осторожно закрыл дверцу. Колдмун понял намек и поступил так же.
За хлевом стоял двухэтажный дом. Когда-то это было симпатичное здание в колониальном стиле «пять на четыре с крыльцом», выглядевшее неуместным среди сараев и других пристроек. Но время обошлось с ним немилосердно: пристройки пришли в запустение, а сам дом не красили по меньшей мере десяток лет. Ставни на втором этаже были открыты.
Тишина раннего утра окутала дом, от озера за пристройками поднимался туман.
Пендергаст подал знак, и они подкрались к хлеву. В темноте Колдмун разглядел какие-то механизмы, по большей части незнакомые. Еще здесь был сеновал и что-то вроде стойла с доильным аппаратом, давно заброшенного.
– Так что мы здесь ищем?
– Как же это называется? Ловим рыбу в мутной воде. Это наш единственный шанс закончить расследование.
Однако ничего интересного там, похоже, не было. Они вышли через открытую дверь в дальнем конце сарая, и Пендергаст остановился на мгновение, изучая обстановку, а потом направился к дому. Колдмун шел рядом с ним. Они вместе поднялись по ступенькам, и Колдмун инстинктивно прижался спиной к стене, когда Пендергаст позвонил в колокольчик.
Ответа не было, и Пендергаст позвонил снова, громко постучал и дернул колокольчик в третий раз. Наконец Колдмун различил внутри какое-то шевеление. Минуту спустя дверь приоткрылась, и на пороге появился старик в кальсонах, с седыми волосами и бородой. Не будь он таким худым, вполне мог бы сойти за Санта-Клауса. В руке он держал «Ремингтон-870», направленный дулом в пол.
– Что за шум? – спросил он. – Вы заболели?
– Нет, благодарю вас, со мной все хорошо, – ответил Пендергаст.
– Тогда за каким чертом вы тревожите меня в семь утра?
Глаза старика раздраженно искрились, а ствол ружья приподнялся на двадцать градусов.
Пендергаст предъявил удостоверение и жетон еще до того, как ствол замер.
– Мы только хотели задать вам пару вопросов, доктор Куинси.
Старик обдумал его слова, затем пожал плечами и посторонился. Пендергаст вошел, а вслед за ним и Колдмун. Хозяин повел их по короткому коридору в комнату, прежде, вероятно, служившую смотровым кабинетом, со старыми журналами и висевшими на стенах медицинскими схемами средневекового вида. В отличие от всего остального дома эта комната содержалась в порядке и чистоте. Здесь стояли письменный и смотровой стол, а также два стула для посетителей. Куинси устроился за столом и предложил агентам сесть.
– Я бы угостил вас кофе, но сейчас чертовски рано, – сказал хозяин, отодвигая к краю стола стопку медицинских журналов.
Экономность его движений дала Колдмуну понять, что в пору своего расцвета это был сильный, крепкий мужчина.
– Мы благодарны, что вы позволили нам войти, – начал Пендергаст.
– Вы говорили, что ко мне пара вопросов, – ответил доктор Куинси. – Ловлю на слове.
Пендергаст взмахнул рукой, показывая, что этого будет достаточно.
– Когда я позвонил в дверь, вы предложили мне медицинскую помощь. Значит, вы еще практикуете?
Хозяин рассмеялся:
– Ну и что, по-вашему, я должен ответить представителям закона?
– А если бы я не был представителем закона, а пришел к вам с крючком для рыбной ловли, застрявшим в большом пальце? Что бы вы тогда сделали?
Хозяин обдумал и этот вопрос.
