К вечеру лес стал редеть, поднялся сильный ветер, и наше суденышко побежало значительно быстрее, и к ночи бы добрались до последнего городка на пути — Харна, все дома в котором были построены из бурого кирпича. Здесь были охотничьи угодья какого-то из доринов, какого только, я не знал. Здесь, как и в Тогле нас ждали стражники. Это было не удивительно, по Кае частенько возили контрабандный товар, и стражники проверяли каждую торговую посудину. Не то чтобы они внимательно проверяли, но всегда предлагали откупиться.
— Кто такие, куда держите путь? — спросил худощавый парень в стеганке и порстеньком шлеме.
— В город, куда ещё, — буркнул матрос, — трюм пустой, всё что есть, всё в руках.
Арна к тому моменту вновь выглядела как мальчик, и Летер нас не подвел.
— Оружие у вас приметное, где взяли? Не похоже, что у вас есть деньги на чтоу-то подобное. Надо бы задержать вас и хорошенько допросить.
Мы с Арной переглянулись. Дотошный служитель порядка мог нарушить все наши планы.
— Стойте, оружие наше, — сказал я, примирительно, — и кинжал и меч принадлежат семье Грал на протяжении многих лет, а я законный представитель, и имею право носить этот меч. Нет, вы конечно можете написать письмо в Кальгон, в наше поместье, чтобы сюда приехал мой дядя, но поверьте, говорить с ним — не лучшая затея.
С роду столько не врал, и даже не знал, что так умею.
— А почему в колчане нет болтов, — спросил внимательный страж. В кого стреляли?
— Охотились, — сказала Арна.
— Да, и ты мог бы чуть получше целиться! — сказал я, разыгрывая негодование… эмоции, живые эмоции, в них верят.
— Вот сам бы и стрелял! Я чуть не рехнулся в этом лесу охотиться, там жуть как страшно! — Арна толкнула меня в плечо.
— А ну прекратили, — рявкнул стражник, — а он вам кто? — спросил он и ткнул пальцем в Летера.
— Он просто везёт нас!
— Ничего себе… товара нет, только пара человек… не нравится мне всё это! Эй, Борук, подойти.
Из небольшого домика, неторопясь вышел толстый стражник. Стеганка на нем смотрелась глупо, а шлем вовсе съехал на бекрень.
— Чего звал? — недовольно буркнул он.
— Да вот, пустая посудина, два пассажира, вооружены…
— Ты идиот, Бетр? Ну едут себе и едут, тебе то что? Нормальные корабли проверять надо, а не эту мелочь.
— Но…
Борук уже развернулся и вразвалочку зашагал обратно в своё убежище. Мы еще не понимали, отпустли нас или нет, поэтому несколько растерянно ждали, что скажет Бетр. Но тот, похоже потерял к нам интерес и просто махнул рукой.
Еще до рассвета, когда на улице холоднее всего, мы вышли из Харна. Мы немного опасались, что Бетр решит всё-таки нас задержать, но было похоже, что все стражники мирно спят и мы отбыли без проблем. С тех пор я считаю, что самый лучший стражник — это спящий стражник. Потому что он никогда не задаст тебе ни одного глупого вопроса.
Вскоре река стала широкой, казалось, что мы уже в море. Летер тоже радовался таким переменам в пейзаже.
— Потрясающе! Ветер и открытое пространство! Прямо как на архипелаге! Я так люблю именно это место реки.
— Да, здорово.
— Только вот большие корабли не смогут здесь проходить — мелко. Можно от берега до берега пешком пройти.
— Я не могу в это поверить! Как же мы здесь плывем?
— Ну, во-первых, тут есть фарватер. А во-вторых, у моего суденышка то осадка совсем маленькая. Бриг, если знать реку хорошо, опытный капитан провести сможет. Но корабль побольше — вряд ли.
Здесь, недалеко от реки есть еще одно поселение, где-то в пяти милях на запад. А если присмотреться, можно на горизонте разглядеть тонкую полоску моря, здесь до него не больше четырех миль, если смотреть южнее.
— Мне казалось, дальше. Получается, что до Турентула осталось немного?
— Нет, Гол. Город находится на большом полуострове Грабтек, до него значительно большее расстояние, чем отсюда до ближайшего побережья.
Было тихо, морозно, и обод, поднимающийся из-за горизонта, предательски мешал смотреть вперед. Я тогда подумал — «а может к лучшему, что все складывается именно так?». Ведь меня ночью терзали сомненья, правильно ли я поступаю, а сейчас я снова был уверен в себе. Никогда я не чувствовал себя так. Я убежал как истинный герой из книг, за любимой девушкой, а что я получу в награду? Исключение из королевской школы — ну и пусть, это не так уж меня волнует. В конце концов, я совершаю благородное дело. А благородное ли? Что я должен сделать в данном случае? Ведь наш король по каким-то причинам не поддержал восстание в Драгории. А это значит, что Лассонесцам не выгодна перемена власти в стране драконов. Что же получается — я иду против короля? Нет, я просто еду спасать людей, которые попали в трудную ситуацию.
— Арна, ты не знаешь, почему Агетер Кальгон не поддержал Калгрениэр?
— Кто ж знает этого короля? Я думаю, что только потому, что лет пятнадцать назад, по слухам, у него были какие-то проблемы с Драгорией, и было много неприятных сплетен. Он не хочет терять лицо, вот и все.
— И только?
— Ко всему прочему, Драгория, скорее всего, просто бесполезный союзник. Зачем нашей стране таковой?
