— «Видимо колесо фортуны в моем случае, имеет треугольную форму» — подумал Борг, поворачивая голову в сторону. Оглядываясь затуманенным взглядом, он увидел что с боку от него был монстр, тело которого состояло из переплетающихся черных толстых жил. Некоторые из которых торчали над телом и зловеще извивались. Все эти переплетения отдаленно напоминали медведя, стоящего на четырех ногах. В просветах между переплетений, пульсировал темно синий свет. Монстр смотрел куда-то в сторону. Крол увлекшись своей новой жертвой, не заметил Сарделькина приближающегося к нему на огромной скорости. Он с лету припечатал жуткого крола прямо по черепу, точно так, чтобы не повредить телу Борга. Его двухметровое тело от мощного и быстрого удара было отправлено в полет. Он делал кульбиты в воздухе и когда долетел до леса, то не остановился. Его кувыркающееся тело продолжило движение, снося все деревья на своем пути, оставив после себя не малую просеку в густом лесу.
Сарделькин несколько секунд понаблюдал затем местом, куда отправил крола, а потом развернулся к маленькому истерзанному телу. Наклонившись над Боргом он увидел, что мальчику осталось жить считанные секунды, повреждения были несовместимы с жизнью.
Когда огромная инопланетная голова наклонилась над Боргом, он уже не мог удивляться происходящему. А когда в его голове зазвучал не менее инопланетный голос, он отнёсся к этому спокойно, балансируя на самом краю жизни и смерти, — «Ты хочешь жить?»
Боргаф смотря на наклонившееся над ним чудовище, которое было страшнее любого существа которое он видел раньше, но что было странно он не испытывал никакого страха. Все на что у него хватило сил, это утвердительно моргнуть.
— «Тогда прими меня!» — все тот же инопланетный и не на что не похожий голос, ворвался в его разум.
Чудовище, склонившееся над Боргом с громким хлопком в один момент потеряло свою форму, превратившись в небольшое синее бурлящее озеро энергии, плавающее над маленьким умирающим мальчиком. Небольшая струйка отделилась от него и поплыла к нему, этот отросток воткнулся ему в грудь и Боргаф даже заметался на земле охваченный паникой. Это было что-то намного более страшное чем смерть тела, у него возникло явственное ощущение что чудовище открыло пасть и готова поглотить его душу, которая как он выяснил не так давно является бессмертной.
В его голове опять возник голос, — «Я не причиню тебе вреда» — в его разуме возник толстый хрюкающий мопсяра тащущийся от того, что ему чешут за ушком.
У Борга встала дилемма, помереть и стать личинкой! Или рискнуть чем-то намного большим чем жизнь и довериться этому странному существу которое непонятно почему, решило спасти его. Его сознание уже проваливалось во тьму, и он принял для себя судьбоносное решение, открыв свою душу чему-то, чего он совсем не понимал.
Как только Боргаф расслабился и перестал сопротивляться, в его тело хлынул огромный поток силы, который сметал все на своем пути. Он чувствовал, как каналы по которым раньше текла мана, за одно мгновение увеличились многократно и были на грани того, чтобы разорваться. Над его телом образовался огромный синий вихрь, высотой в несколько десятков метров. Чем больше энергии впитывалось в тело маленького мальчика, тем быстрее вихрь раскручивался, набирая силу.
Мясорубка, разворачивающаяся в этот момент между ставшими намного сильней монстрами и отчаянно отбивающимся от них людьми, остановилась одномоментно. Волны силы, раскатывающиеся от эпицентра торнадо, парализовали своей инородностью и дикостью всех присутствующих. Не скованные твердой волей крола, монстры опустили свои морды к земле и тихонько поскуливая пятились назад. Двуногие монстры прикрывались от порывов силы своим оружием и так же пятились от того места, где Борг был охвачен энергетической бурей. Люди в свою очередь, направили щиты в сторону вихря, расценивая то, что там происходит, еще большей опасностью чем уже хорошо знакомые враги, в лице милых рогатых и зубатых чудовищ.
Вихрь все набирал и набирал силу, Малыш, стоявший посреди сражения с восхищением и страхом, наблюдал за всем происходящим. У него теплилась небольшая надежда на то, что получившееся существо от слияния мальчика и ночного кошмара, обратит свою силу против чудовищ, а не против них!
Малыш обратил свой взгляд к черному небу, и прошептал, — Госпожа? — как будто спрашивая на что-то разрешения.
Боргаф чувствовал себя так, как будто оказался в эпицентре самого страшного шторма, который видел свет. Что-то намного более глубинное и личное чем тело, находилось под огромным давление энергии, врывавшейся в тело безудержным потоком. Он хотел закричать, но ничего не выходило!
Лежа на земле, абсолютно обездвиженный, беспомощный не способный хоть на что-то повлиять. — «По-моему, я облажался в очередной раз!!» — промелькнуло у Борга в голове. — «Личинки тим» — шальная мысль.
