К примеру — Аваду я имел право использовать только против тёмных, магических тварей и то, только в том случае — если они меня атакуют. Пожиратели — сколько бы не швыряли в меня Аваду — в ответ от меня самое обидное что могли получить — Диссекто Рерум. Хотя это заклинание теперь — резонансное, в том смысле, что после резни вампиров я применил заклинание в некоторых стычках, и Французские магические газеты — опять прошлись по мне, по этому заклинанию, по моему роду и куче родственников, куда вписали и Моргану, Герпия Злостного и ещё не пойми кого, вроде Мэгги Лягушки, тёмной магини из Франции что ела маглов, жаря их вместе с лягушками (кто не понял — это отсылка, на что — найдёте сами). Но недостатком Диссекто — можно было бы назвать то, что сильные маги могли принять это заклинание на щит. Я бы мог пробить щит, вложив больше воли в атаку, но это меня истощало, а сражения далеко не всегда были дуэлями и, слишком заострив внимание на одном — можно было получить от другого.
Но теперь — я не сдерживался, стоило мне узнать, что под маской ни Селвин и ни Малсибер — я включал режим «Держите меня семеро» и буквально уничтожал противника. Можно было бы сказать, что я копировал безумный стиль сражения своего отца, хотя наше отличие состояло в том, что я предпочитал анализировать противника, а не просто давить разнообразием. Благо — воля наблюдения, улучшающая восприятие — мне в этом сильно помогала.
Снег плавно опускался на землю, устилая переулок Четырёх Листов белым одеялом. Лёгкий ветерок гнал плотные облака куда-то на запад. А солнце, порой, выглядывало из-за облаков, заставляя снег искриться. Редкие гости переулка, магического квартала Белфаста, сновали туда, сюда, оставляя свои следы по маленькому слою снега.
Эх, сейчас бы я хотел быть в кровати, рядом с тёпленькой Талли, у которой уже разросся живот… Седьмой месяц, как-никак. Таллисия, забеременев, не утратила свою красоту, которая выражалась в чарующем взгляде пурпурных глаз, в гладкой, ухоженной, почти белой — коже и прекрасных, длинных — платиновых волосах. Единственное, что утратила ведьма — её невероятную гибкость… Да, у Таллисии была невероятная гибкость, она перегибалась, садилась на шпагат удивительно легко… А с животом не понагибаешься.
Итак… У меня будет мальчик - вот вердикт, который мне сказали в Больнице Святого Мунго. Отец и мать, узнав о своём новом статусе, и увидев живот Талли — поступили довольно необычно — поздравили нас и переписали дом в Саутенд-Он Си — на меня с женой, заявив, что давно об этом мечтали… Переписать на молодую семью дом, ага. Хотя я подозреваю, что это из-за того, что Тиан, эльф отца — увидел мой каталог «Волшебные участки Британии 1977».
Сами же отец с матерью перебрались в Лондон, купив там дом и живут там преспокойно, иногда заглядывая в гости. А прошедший Новый Год… Жаль Селвина и чету Малсибер я пригласить не смог, ибо «его Лордство хотел разделить праздник со своей семьёй» — как сказал мне Селвин.
Лавки в магическом квартале жили своей стандартной жизнью. Редкие покупатели, выбравшиеся в этот зимний день за покупками в Белфаст — спорили и обсуждали товары с продавцами. Я же шёл в Тупик Чертополоха — аналог Лютного Переулка у этого квартала. Именно там, если верить Грегори Милнеру, моему коллеге-прокурору — можно найти одного перспективного информатора, который может даже приторговать новостями с континента. Новости, в свете того, что мы устроили с вампирами — нам нужны. Не все вампиры бросились в Британию, многие остались, но определённый наплыв, в виде ослабевшего клана — был. Да сплыл — Моуди взял всё, что смог наскрести, в том числе Орден Курицы в полном составе, и вычистил эту погань… Что самое удивительное, так это доклады Авроров о «дополнительно привлечённых волшебниках». Те бросались только оглушающими, даже когда лидер вампирского клана на чистом пафосном превозмогании — пробился к строю недожарков и нашинковал порядка пяти человек кровавыми копьями, выпустив им кишки…
Как сказал бы один человек «Сказочные долб…». В общем, ясно…
Тупик Чертополоха выглядел мрачно. Здания давно не ремонтировались, но всё же держались… Мне нужна неприметная, деревянная дверь дома номер двадцать семь… Найдя нужную дверь, я постучался, но мне никто не ответил. Ни эльф, ни хозяин дома… Странное дело. Воля наблюдения смутно уловила присутствие двух знакомых аур, стоящих рядом друг с другом…
Открыв дверь, я увидел гостей, что явно пришли пораньше. Комната бара, куда я пришёл, была завалена — стульями, столами, щепками. Барная стойка была уничтожена, а на единственном диване, что стоял у длинного стола — лежал труп, рядом с которым крутились…
— Поттер и Блэк, — обозначил я присутствующих, — что же вы тут делаете?
Среагировали будущие авроры идеально — две вспышки оглушающих, которые я отклонил.
— Рэйдж, — прошипел Поттер.
— Мир ждёт вашего ответа, — обратился я к нему, не сводя с них глаз, — что вы тут делаете?
Блэк и Поттер переглянулись, в глазах этих идиотов читался вопрос: а можно ли мне верить?
