Судя по рассказам, опыт преподавателя у Сайруса был немаленький, а я в очередной раз убедилась, что он старше, чем кажется. К тому же я поняла, что вновь начала его разглядывать. То вдруг кисти его рук мне покажутся ужасно красивыми, то поймаю себя на мысли, что наслаждаюсь тем, что смотрю на него, задрав голову, когда он подходит близко ко мне, то ресницы у него пушистые и даже закручиваются… И я могла бы ещё десяток примеров привести, подтверждающих, что одна деревенская дурочка, кажется, влюбляется в этого хозяина берлоги. Вот засада.
Ужинали мы на кухне, в столовую решили не идти. Тепло от печки согревало не хуже камина, какие-то весёлые светлячки, парящие под потолком, создавали атмосферу волшебства, да и жаркое с салатом из овощей получилось действительно очень вкусным.
— А я уже и забыл вкус домашней еды, — задумчиво сказал Сайрус после окончания ужина. — Спасибо большое, Алина. Из меня вышел не очень радушный хозяин. Это ведь мужчине положено ухаживать за понравившейся женщиной. А у нас что выходит? Ты и так без завтрака осталась, так ещё и ужин сама приготовила.
— На здоровье. Только это было совсем не сложно, мне сейчас только на пользу смена деятельности пошла, а то того и гляди — мозги закипят, — слова о понравившейся женщине решила обдумать перед сном, а пока — постараться никак не реагировать. И так, скорее всего, размечтаюсь, заснуть не смогу.
Решила попробовать увести разговор в сторону:
— А какие у нас планы на завтра?
— Ну, я завтра как обычно до обеда буду в Академии, а вечером нас ждут в гости. Так что советую выспаться, а то завтра домой только к ночи вернёмся.
— Выспишься здесь, как же, — буркнула я, вспомнив утреннее происшествие.
— Ты о чём?
— Да Венечка расстроился, что ты планируешь уехать из этого дома, и он опять останется без хозяина и немного напугал меня.
— Как?
— Ага, немного, ты с ногами на стол залезла. Прям, как коза запрыгнула, — раздалось на кухне. Источника голоса видно не было, но этого нам и не требовалось.
— Вениамин! — тут же взревел Сайрус, а я зачастила:
— Ну, Венечка, не расстраивайся, может быть, у Сайруса получится тебя с собой взять? Я где-то читала про перемещение духа дома. Там, правда, условия какие-то, но не суть. Думаю, что мы обязательно сможем что-нибудь придумать.
Лишь тишина послужила мне ответом. Веня, скорее всего, задумался, ну а грозный хозяин дома на время превратился в простого, дико офигевшего, мужика, как говорит Янинка.
Венечка же явно решил этот вопрос прояснить, так как шустро запрыгнул на стол в облике серого кота и прямо спросил:
— Ну, хозяин, что скажешь? Возьмёшь с собой своего преданного хранителя али как?
— Ой, Веник, не паясничай, — махнул рукой Сайрус, — можно подумать, ты не знаешь, сколько условий для этого нужно выполнить?
— Знаю, но всё решаемо, — гнул своё Веник.
— Ну, тогда может, и жену мне найдёшь?
— С поиском жены сам справишься. А пока знаешь, что? Зря воздух не сотрясай. У тебя завтра много дел, так иди и поспи уже нормально, наконец. А мы тут тоже время зря терять не будем, и поищем что-нибудь полезное в бумагах Ричарда, вдруг что-нибудь и всплывёт. А сейчас давайте детки, по кроваткам, а здесь, так уж и быть, я порядок наведу.
Утром шла в кухню, отчаянно зевая, — спать хотелось неимоверно, даже умывание холодной водой не прибавило бодрости. Осталась одна надежда — на завтрак. Я уже обдумывала, что бы такое приготовить из тех продуктов, которые мы купили вчера, как увидела на столе всё то, о чём только может мечтать с утра голодный человек: горшочек с кашей, несколько мисочек с вареньем, различные булочки и уже знакомый чайник с поднимающимся над носиком паром.
Но стоило мне усесться за стол и приняться за завтрак, как передо мной появился Веня. На этот раз в виде какой-то милой лохматой зверюшки, названия которой я не знала.
— Вень, если ты не превратишься в кого-нибудь посерьёзнее, то я тебя затискаю, так и знай, — прямо-таки с угрозой произнесла я, уж больно хорошенький лохматик сидел передо мной. Однако Веня на провокацию не повёлся и, сделав большие миленькие глазки, с хитрой ухмылочкой ответил:
— Ешь, давай быстрее, у нас тут работы непочатый край.