Расходиться по комнатам было крайне неохота, несмотря на поздний час и грандиозные планы на грядущий день.
Не хочу! Вот не хочу я туда идти! Да и кто захочет?
Вот уже добрых полчаса мы с Сайрусом прогуливались вокруг этого противного департамента перемещений. Архитектор, придумавший и воплотивший свой проект в жизнь, определённо не любил людей. Кажется, раньше это здание принадлежало следственному комитету, и замечу — ему оно подходило куда больше. Огромная каменная махина препротивного серого цвета отпугивала любого, кто приближался к ней на сколько-нибудь фривольное расстояние. Теперь же здесь вотчина портальщиков различных категорий и не только. Вообще суть работы этого департамента была какой-то малопонятной. Ясно было одно — все способности магов-портальщиков: уровень их дара, способности к настройкам точных координат, специфика перемещений и благонадёжность — всё это строго отслеживалось и фиксировалось в различных структурах Департамента.
Исходя из того, что в основном Сайрус работал на благо родной Академии, его особо не дёргали сюда, как например, тех бедолаг, деятельность которых была далека от их магических способностей.
Проходя в очередной раз мимо центральных ворот департамента, я не выдержала и проворчала:
— Нет, вот взять бы косорукому, построившему этот ужас, да и оторвать бы руки. Да и глаза бы повыкалывать. Людям, которые сюда на работу приходят доплачивать нужно, — если я рассчитывала на поддержку Сайруса, то сильно промахнулась. Этот несносный тип лишь расхохотался на всю улицу.
— Маленькая, если мы сделаем ещё один круг, то опоздаем на встречу. Внутри вроде бы всё не так печально. Пойдём, солнышко, а то я сам нервничать начинаю. Ведь сколько раз здесь был, а никогда не придавал значения столь несимпатичному облику здания. А расскажи, пожалуйста, откуда такой интерес к архитектуре? Я обратил внимание, что тебе неплохо знакомы различные стили и направления в этой области, — заговаривая мне зубы столь бесхитростным образом, Сайрус развернул меня к входу в административный корпус департамента перемещений.
— Я всегда интересовалась архитектурой. Мне нравилось читать о том, как строили раньше. Как работали магические строительные команды. Особенно в Альвенте. Не знаю, знаешь ты или нет, но именно здесь, в центре Аравии, сохранились более десяти основных исторических направлений архитектуры. При завоевании и объединении новых территорий уничтожались не только города и люди, стирались с лица мира редчайшие сооружения, отображающие…
— Хорошая моя, я понял ход твоих мыслей, беда в том, что нам всё же нужно войти, найти Льюиса и переключиться немного в сторону поисков твоего отца, — да уж, Алину понесло как всегда не очень во время. И я уже почти успела пообещать, что больше отвлекаться не буду, как вдруг в просторном холле здания я увидела нечто такое, что вышибло из меня единственное:
— Это что за бабуйня?
И пока Сайрус, неприлично хрюкая, тащил меня в сторону лестницы, я пыталась осмыслить увиденное и одновременно забыть этот шедевр современного искусства.
Всю стену, расположенную напротив центрального входа занимало изображение огромного страшного глаза, который теперь долго будет мне сниться в кошмарах. Художник сумел изобразить на радужке этого глаза огромное количество то ли дверей, то ли порталов. И единственной мыслью, после увиденного является осознание того, что куда бы ты ни пошёл, как бы далеко не прыгнул, но ОН узнает об этом. Узнает и примет к сведению.
— Что это значит, Сайрус? — тихим шёпотом спросила я, поднимаясь вслед за ним по лестнице.
— Я тебе дома объясню. Сейчас скажу только название этого артобъекта: «Зрокта». На мёртвом языке означает «Я знаю». Но давай всё же дома. Мы почти пришли.
И правда, после непродолжительного петляния по коридорам департамента мы оказались в небольшой приёмной, судя по наличию строгой тётеньки за письменным столом, почти перекрывающим доступ к кабинету ВПГДП Льюиса О’ Вейра.
Тем временем Сайрус уже регистрировал нас в толстенном журнале, затем в другом, а когда речь зашла о технике безопасности во время аудиенции, дверь в кабинет этого самого ВПГДП открылась, и нам навстречу вышел отчего-то знакомый мне мужчина лет пятидесяти. И дело явно было не в изображениях, которые мы с Сайрусом так тщательно рассматривали вчера. Нет, я определённо где-то его видела.
— Господин Маруто, очень рад вас видеть, — произнёс этот Льюис, почему-то нахмурившись, стоило ему увидеть меня. — Прошу в мой кабинет.
Но как только мы оказались за закрытыми дверями, хозяин кабинета словно маску сбросил. Смотрел на меня, хмурился и только что не рычал. При этом я абсолютно не чувствовала исходящей от него агрессии. Лишь какое-то беспокойство просвечивало сквозь его напускную строгость.
— Льюис, у нас проблемы? — сразу в лоб спросил Сайрус, немало меня удивив. Кажется, ему совсем не понравилась реакция мужчины на меня.
— Глазные капельки у вас с собой, надеюсь? — вопросом на вопрос ответил Льюис.