Трясущимися руками расстегнула замочек и положила цепочку на стол, сразу почувствовав разлив некой собственной силы. Мне даже показалось, что братья как будто поёжились в этот момент.
Тянуть дальше смысла не было. Братья, взявшись за руки, соорудили марево портала и по очереди быстренько запрыгнули в него.
Оказавшись по ту сторону перехода, я первым делом быстро и крепко-крепко зажмурилась. Судорожно вспоминала различные советы Анечки и всеми правдами-неправдами старалась не реветь. Дело в том, что мы оказались на побережье. Конечно, я понимала, что это другой океан и вообще — другая часть света, но если вот так закрыть глаза и прислушаться, то можно представить, что где-то рядом мой дом, а в нём — моя мама. А я так скучаю по ней.
Парни меня не беспокоили, видимо, давали возможность свыкнуться с новой обстановкой. А я всё стояла и слушала шум прибоя. Тихий шелест набегающих друг на друга волн потихоньку возвращал самообладание. Так же как и солёный морской воздух, вновь наполнявший мои лёгкие.
Надеюсь, Сайрус любит море. Было бы чудесно поселиться вместе с ним на побережье. Он ведь портальщик, а значит, мы могли бы посещать родных в любое время.
Хотя какая разница, где мы поселимся, увидеть бы его уже поскорее живого и здорового, а то ночами всякая муть в голову лезет, не давая заснуть.
Неожиданно почувствовала колющую боль в пальце. Пока я, погрузившись в свои грёзы, крутила кольцо Сайруса на пальце, умудрилась слегка оцарапать кожу о маленький неровный выступ. Капелька крови впиталась в переплетения металлических ниточек, а те словно засияли от этого.
И буквально через пару секунд передо мной появились очертания мужа. Действуя по наитию, я сильнее прижала кольцо к ранке, в надежде увидеть любимого.
И увидела! Только совсем не то, о чём мечтала. Изображение постепенно становилось всё более отчётливым, и спустя какое-то время пришло в движение. Но от увиденного захотелось натурально зарычать! Кто посмел?
Всё лицо Сайруса украшали многочисленные синяки и ссадины, одна рука была на перевязи, другой — он что-то придерживал у затылка.
— Что это с ним? — тихо за моей спиной спросил Свейн?
— Я не знаю, — осипшим голосом произнесла я. И вдруг Сайрус меня услышал, потому как резко выпрямился в кресле и, крутя головой, видимо, в надежде меня увидеть, выкрикнул:
— Алина! Алина, где ты?
— Я… в Чаде. Сайрус, что с тобой?
— Как? Ты меня видишь?
— Да уж вижу. Сайрус, что случилось?
— Я всё потом тебе расскажу, честно. Значит, у Льюиса не получилось отговорить отца? А почему вы раньше срока сорвались в Чад?
— К деду прискакал этот… Забор или Загор, вот Льюис и отправил нас к твоим родителям, сказал, там ты нас найдёшь.
— Нас? Кого, нас?
— Мальчики со мной здесь.
— Ох уж мне эти «мальчики». Добраться бы до них. Алина, послушай, сейчас у меня вся надежда на то, что эти охламоны действительно помогут тебе добраться до моих родителей, а завтра или послезавтра я и сам там появлюсь. Только здесь разберу кое-какие дела и сразу же к тебе. Думаю, сил хватит. А теперь отпускай кольцо, моя девочка, совсем скоро будем вместе.
— Я люблю тебя, Сайрус. Возвращайся ко мне поскорее.
— И я тебя люблю, маленькая. Отпускай кольцо.
И я отпустила.
Изображение Сайруса тут же пропало, а я взяла и плюхнулась на песок. Сил колечко изрядно выпило, а нам ещё идти и идти. Но близнецам моя идея пришлась по душе, и они кружочком разместились рядом, с интересом поглядывая на меня. Свейн, правда, сразу же полез в мешок, валяющийся неподалеку, и вытянул всем по пирожку.
— Снова кухню обнесли? — спросила я.
— Ой, Алина, ты как маленькая. Да у нас там отдельный шкаф стоит, куда повара еду разную складывают, причем всегда походного типа — мы частенько из дворца удираем.
— Почему?
— Скуфно, — с набитым ртом выдал Алик, затем быстренько прожевал кусок пирожка и пояснил. — А что нам там делать? Когда совсем пацанами были, всё о путешествиях мечтали, тем более знали ведь, что портальщиками станем. Ну а потом, как дар проснулся, мы другие особо и развивать не стали — сразу полетели разные места осваивать.
— Мамочки, я вас сейчас, кажется, тресну. Откуда вы знали, что будете именно портальщиками? И какие другие дары вы развивать не стали? И на чём полетели?
Затяжное переглядывание было мне ответом. Братья были явно обескуражены моими вопросами.
— Подожди, — как-то вкрадчиво поинтересовался Свейн, — ты о себе что, вообще ничего не знаешь?
— А вы сначала на вопросы, может быть, ответите, тогда и разберусь.
Опять, гляделки. Ну сколько можно?
— Полетели на арали, — отмер Алик.
— Другие дары могут быть всякими.
— Так ведь отец п-портальщик. Слабенький, но всё же.
Сайруса на них нет. Почему по порядку отвечать нельзя?
Во мне росло какое-то неконтролируемое раздражение, причину которого я никак не могла понять. Мне хотелось вскочить на ноги и с разбега нырнуть в прохладную морскую воду, в надежде, что это хоть немного поможет прийти в себя.