Оказавшись в убежище, Малем отбросил плащ в угол, положил на стол источающий аппетитные запахи сверток и плюхнулся на пол с задумчивым выражением на лице. Что уже само по себе было ему весьма не свойственно. Нику даже показалось, что друг чем-то обеспокоен.
— Помнишь, когда шли к «Сундуку», ты спрашивал меня на счет странностей в Тике? — немного помолчав, произнес Малеммил, глядя принцу в глаза.
Никаниэль настороженно кивнул.
— Знаешь, кажется ты был прав. Что-то действительно не так.
Теперь уже и Ник почувствовал себя не в своей тарелке. Если даже Малем, плевать хотевший на проблемы посторонних, заметил изменения, значит дела обстоят действительно хуже некуда.
— Что случилось? — спросил принц, предполагая самое худшее.
— Помнишь ту проповедь возле храма? Ты еще сказал тогда, что-то вроде «зреет шторм», «бурлит волна» или типа того. Так вот, похоже ты был прав.
Малеммил замолчал, подбирая слова, а Ник настороженно ждал, не желая сбивать друга с мысли. Даже противно жужжавшая пол дня муха, наконец села на стену и теперь ехидно потирала лапки в предвкушении скорого откровения.
— Выйдя от Люсинды, — принялся рассказывать Малем, — я хотел пошататься по тавернам и кабакам, узнать чего полезного про Винцесса и его невольничий рынок. И практически сразу наткнулся на точно такую же группу. Только речь там вел отнюдь не жрец и даже не послушник, а обычный такой гном. Причем даже не старый.
Малеммил задумчиво потер пальцем лоб.
— Я, конечно, удивился, но не предал особого значения. Вот только буквально на соседней улице церковь Трех Основ поливала помоями уже женщина в лохмотьях. И слушали ее, как столичного менестреля — затаив дыхание. — Малем сделал паузу, давая другу возможность проникнуться его открытием. — Короче, я походил, послушал. Трехосновников хулят чуть ли не из каждого факела. И знаешь, что мне показалось
— Что сама церковь никак не отвечает?
— Что сама цер… — Малем осекся. — Ты тоже заметил что ли?
Никаниэль лишь предположил, но, похоже, попал в самую точку. По крайней мере, подобное поведение соответствовало бы его представлению о новой религии.
Когда боги отвернулись от людей, и жрецы настолько отдалились от паствы, что стали жить с прихожанами как будто в разных мирах, неизбежно возникла пустота. А природа не терпит пустоты. Нужно отдать должное тому, кто догадался этим воспользоваться.
Церковь Трех Основ, не требуя от людей практически ничего и проповедуя при этом простые, всем понятные истины, да еще и помогая беднякам, весьма быстро захватила сердца жителей королевств. А вот епархия, не воспринимая новое веяние всерьез, спохватилась слишком поздно.
— Я думаю церкви не нужно кричать о себе на каждом углу. — предположил Никаниэль. — Им и так верят. Скорее, они обсуждают свои планы внутри общин и уже потом доносят до рядовых членов.
Малеммил посмотрел на друга, как на пустивший побеги верстовой столб. Но быстро справился с эмоциями и даже вернул на лицо некоторое подобие привычной ехидной улыбки.
— Совсем забыл, что ты у нас не пальцем делан. — усмехнулся он. — Учителя тебя, небось, хвалили?
— Да, это тебе не травки с места на место перекладывать. — не остался в долгу принц. — Тут думать нужно.
— В следующий раз — лечишь себя сам. — Малем гордо мотнул головой, изображая обиду.
— Прости, прости. — Ник поднял руки и широко раскрыл глаза в шутливом испуге. — Ты тут самый умный. Я не достоин даже сидеть рядом с вами, господин Малеммил.
— Вот то-то же!
Друзья тепло улыбнулись друг-другу. Добродушная пикировка принесла обоим толику облегчения, и даже тесное пространство убежища стало ощущаться немного уютнее.
— Так значит бойни не будет? — с надеждой в голосе спросил Малем.
— Будет хуже. — мрачно осадил его Никаниэль. — Если ничего не изменится, будет война.
— Да тут постоянно войны. — беспечно махнул рукой Малеммил.
— Но не такие…
Сидевшая на стене муха, закончила потирать лапки и вновь принялась летать по комнате, монотонно жужжа. Она хотела было покуситься на принесенную Малемом еду, но тот отогнал ее ленивым жестом. Кувырнувшись в воздухе, насекомое не сразу смогло поймать нужный ритм и угодило прямиком в узорчатую паутину в самом углу жилища.
— Что будем делать? — поинтересовался Малеммил, наблюдая как к прилипшей мухе спешит восьмиглазый хозяин ловушки.
— Нужно поскорее вызволять некроманта и сваливать к кфхану из этой поганой клоаки! — выпалил Ник, с удивлением обнаружив, что его отнюдь не тянет встревать в местные конфликты и уж тем более их решать. — Хотя… — однако, вопреки желаниям, неоконченные дела у него еще оставались. — Так ты, в итоге, что-нибудь выяснил?
Бросив на друга взгляд, скорее одобрительный, чем осуждающий, Малем кивнул и принялся распаковывать принесенную еду.
— Аукцион будет через четыре дня. В полдень. — он выложил на тарелку аппетитный кусок сочного мяса. — И раньше мы вряд ли что-то сделаем. Иди ешь, это тебе.
— А ты?
— Я уже поел.
Никаниэль отрезал себе шмат, наколол на острие ножа и прямо так отправил в рот.
