— Через пару часов мы двинемся к Гаритосу, хочет он того или нет, но теперь я буду принимать решение, — уверенно сказал принц Лордерона и, заметив, что его решение звучало слишком властно, мягко добавил, — можешь поверить мне, я помогу возродить Кель`Талас.
Вот он и сделал это. Дал обещание, которые он возможно не сможет выполнить, но эльф, похоже, не заметил нерешительность, которое внезапно прорезалось на лице принца. В глазах Солнечного Скитальца сиял луч надежды.
— Скажи, Артас, а как там Джайна?
III
В сумерках армия во главе с принцами добрались до ставки Гаритоса. Их поход проходил так быстро на сколько это вообще было возможно с таким большим войском. Впереди бежали следопыты, которые докладывали об опасностях на дорогах, которые в случае возможности ликвидировались самим отрядом, а когда противников было слишком много, принцы выдвигали подкрепления и шли вперед, дабы не подвергать опасности караван. Такими темпами они смогли достичь до стоянки маршала. С того момента, как Кель прибыл к нему месяц назад, крепость значительно разрослась, прибавились новые вышки и крепостной вал поднялся, так же было видно, что об укреплениях позаботились.
Артас знал Гаритоса, еще во вторую войну с орками он значительно отличился и получил своё звание заслужено, хотя многие считали, что роль также сыграл и его баронский титул. До принца доходили слухи о его скверном характере и вскоре ему придется убедится в этом лично. На вышке уже заметили огромную толпу, которая вела за собой несколько пушек, а впереди шел караван с лошадьми. Артасу не очень нравилось то, что маршал скрылся за воротами и отправил небольшой отряд собирать припасы, поэтому, как только с вышки послышался голос стражника, он вышел вперед.
— Именем моего отца Теренеса Менетила II, я приказываю открыть ворота, — Артас не любил обращаться со своими поданными в приказном тоне, но судя по рассказам Келя, люди маршала не признавали никаких авторитетов, кроме своего командира, поэтому ему следовало показать, что он тоже обладает некоторой властью.
На стене зашептались, а после послышался легкий стук и пару звонких ударов. Солнечный Скиталец нахмурился, ведь похоже люди в крепости не ожидали возвращение своего будущего короля. Эльфу на ум даже пришла мысль, что маршал из-за своего честолюбия может с легкостью не дать принцу войти, таким образом подняв бунт против королевской семьи. Но спустя пару секунд ворота медленно отворились.
Первыми внутрь вошли повозки, ведомые несколькими лучниками и воинами, которых выделил Артас. Следом шли рыцари и остальные, принцы же решили войти последними.
— Никогда не думал, что мои люди увидят меня…таким, — прошептал Артас, скорее самому себе, но так как рядом шел Кель’тас, он все прекрасно услышал.
— Твои люди знают, что их принц всегда относился к ним как к равным, но это не всегда правильно, — по тону эльфа Артас быстро понял, что для него это вовсе не правильно и отношение паладина к своим людям эльф не разделял, однако его поддержка была ему приятна.
— Да было бы не справедливо отправлять их в Кул Тирас или Штормград, — размышлял принц.
— Мой народ никогда не знал справедливости, — жестко произнес Кель, — если ты хочешь вернуть свой дом, то должен действовать жестко, потому что наш враг никого щадить не будет.
Принцы вошли в крепость, и почти сразу же за ними захлопнулись ворота. Артасу почему-то показалось, что так захлопывается капкан. Он видел ухмылки воинов Гаритоса обращенного к нему, ни о каком королевском приветствии не может быть и речи, когда ты бросаешь свой народ, а потом возвращаешься, чтобы стать героям. Стоящие на постах воины даже не обратили внимание на присутствие своего принца. Впрочем, Артас не без радости заметил, что не все разделяют такое скептическое отношение к его возвращению. Многие дворфы, гномы и крестьяне, заметив его начали подмигивать, слегка кланяться или кивать, показывая, что рады видеть наследника.
Принцев повели в замок, который стоял на небольшом холмике, возвышаясь таким образом над всей остальной крепостью. Артас больше не собирался медлить. Не обращая внимания на рыцарей, которые попытались их остановить, принц, легко оттолкнув одного из них пинком, открыл дверь в покои Гаритоса. Маршал стоял над столом где были разложены множество карт. Бросив оценивающий взгляд на стол, Артас заметил несколько стрелок ползущие от крепости Гаритоса в разные направления. Лордерона там не было.
Оторвавшись от стола, маршал посмотрел на вошедших. Его глаза были красными от усталости и недосыпа, а вскоре и лицо приобрело тот же цвет, только от гнева. Бросив злобный взгляд на стражника, который виновато посмотрел на своего командующего, Гаритос махнул рукой, приказывая исчезнуть. Солдат склонился так низко на сколько мог, дабы попытаться задобрить командующего, но тот уже отвернулся.
— Значит вот ты и вернулся, — ухмыльнулся маршал, подходя к Артасу и не обращая внимание на Келя, — значит совесть все-таки съела тебя.