Дописал наконец роман по мотивам "Сталкера". Начал несколько лет назад, потом забросил, сейчас решил закончить наскоро, раз время появилось. В общем, не стреляйте в пианиста — он сыграл как сумел."Конечно, Зона изобиловала всевозможными опасностями, будь то очаги повышенной радиации, кровожадные мутанты, гибельные аномалии, на то она и зона. Но сейчас грозящая коса смерти приняла облик не кровососа или "комариной плеши", а всего лишь банальных бандитов-мародёров, решивших поживиться хабаром одинокого сталкера.На Кордоне, как назывались в просторечии внешние территории Зоны, ошивалось немало шаек этих гиен в человеческом обличье, промышлявших грабежом сталкеров, что возвращались из глубинных областей Зоны. Были тут и серьёзные уголовники, и просто всякая шпана. Сталкерские кланы периодически устраивали зачистки бандитских баз, истребляя беспощадно, но как говорится, свято место пусто не бывает, на смену одним любителям лёгкой поживы приходили другие. И сейчас судя по всему именно так…"
Прогремела короткая очередь, и несколько пуль с чавканьем впились в размякшую от недавнего дождя землю, всего в полуметре от головы распластавшегося за небольшим холмиком сталкера. Дон Кихот сильнее вжался в жухлую серую траву.
Стреляли с холма в паре сотен метров впереди. Нельзя было не отметить, что неведомые враги расположили огневую точку очень удачно — пространство между холмом и Ржавым лесом было как на ладони, полностью вписываясь в сектор обстрела.
Конечно, Зона изобиловала всевозможными опасностями, будь то очаги повышенной радиации, кровожадные мутанты, гибельные аномалии, на то она и зона. Но сейчас грозящая коса смерти приняла облик не кровососа или "комариной плеши", а всего лишь банальных бандитов-мародёров, решивших поживиться хабаром одинокого сталкера.
На Кордоне, как назывались в просторечии внешние территории Зоны, ошивалось немало шаек этих гиен в человеческом обличье, промышлявших грабежом сталкеров, что возвращались из глубинных областей Зоны. Банды сбивались из разного криминального сброда, что стекался в Зону за поживой на торговле артефактами или скрываясь от закона. Были тут и серьёзные уголовники, и просто всякая шпана. Сталкерские кланы периодически устраивали зачистки бандитских баз, истребляя беспощадно, но как говорится, свято место пусто не бывает, на смену одним любителям лёгкой поживы приходили другие. И сейчас судя по всему именно такая мародёрская шайка преградила путь сталкеру.
"Твари" — подумал Дон Кихот, перехватывая поудобнее старый АКМ — "У самих кишка тонка за хабаром ходить, сталкеров грабят, ублюдки!".
Конечно нападение бандитской шайки при возвращении к периметру — в Зоне в общем-то тоже обычная вещь, как мутанты и аномалии. Но всё же, после того как удалось пробраться сквозь заслон из "трамплинов" и "птичьих каруселей", уйти от кровососа и стаи слепых псов, погибнуть от пули каких-то шакалов было обидно.
Ещё одна очередь прорезала воздух справа, впившись в землю. Сквозь зубы Дон Кихота вырвалось рычание — ответить было нечем.
Рожок автомата был полон меньше, чем наполовину, запасных магазинов давно не имелось — весь носимый боекомплект Дон Кихот расстрелял вчера, когда отбивался на Свалке от преследовавшей его стаи слепых псов. Помимо "калаша" имелся также дешёвый "макар", по меркам Зоны и не оружие даже, а так, пугач, да ещё граната-лимонка. Негусто. С таким арсеналом самым приемлемым выходом из ситуации являлось отступление.
Тем более, что дисплей тактического КПК показывал, что согласно данным детектора форм жизни, противников не меньше четырех, и судя по щедрости, с какой бандиты тратили патроны, недостатка в боеприпасах они не испытывали.
Оглядевшись по сторонам, Дон Кихот понял, что заперт в коридоре. Справа искрили электрические молнии "вспышек", слева клубились сгустки уплотнённого воздуха над чем-то, похожим на цепочки "трамплинов" или "птичьих каруселей". В других обстоятельствах можно было бы попробовать найти среди них лазейку, применяя детектор аномалий или старые добрые гайки с привязанными бинтами, но не сейчас же, когда с холма впереди в любую секунду может ударить поток раскалённого свинца.
Таким образом открытым оставался лишь путь обратно, каким он сюда пришёл минут эдак пятнадцать назад.
В двадцати метрах позади среди бурьяна возвышался проржавевший пожарный ЗИЛ-130, видимо брошенный ликвидаторами ещё в эпоху той первой катастрофы. Колёса со спущенными покрышками вросли в грунт, когда-то ярко-красное покрытие кузова поблекло и облупилось. Это внушило Дон Кихоту надежду. Массивная машина, если удастся до неё добраться, закроет его от пуль бандитов, а ещё двадцатью метрами дальше начинается вымытая дождями расщелина, которая тянется почти до самой кромки Ржавого леса. Ну а в лесу он уж сумеет затеряться, сбросив мародёров со следа.
Хотя среди многих сталкеров возвращаться уже пройденным путём считалось плохой приметой, но в данном случае здравый смысл видел только эту возможность. Конечно, этот путь к отступлению грозил большим риском — лишившись защиты пологой складки местности, сталкер превращался в удобную мишень для стрелков на холме. Но других вариантов не было — при превосходстве противников в численности и боеприпасах продвижение боя не могло увенчаться успехом.
Снова затрещали автоматы мародёров, пули прошли над головой сталкера. С холма донёсся торжествующий вопль.
Выругавшись сквозь зубы, Дон Кихот повернулся набок и прицелился, ловя мушкой вершину холма. В нейронах его мозга уже созрел план действий, расписанный буквально по секундам.
Один бандит привстал, желая лучше разглядеть результаты стрельбы. Это стало непоправимой ошибкой. Как только на мушке "калаша" возник сгорбленный чёрный силуэт, Дон Кихот немедленно вдавил спусковой крючок.
Автомат дёрнулся в ладонях, фигура на холме с глухим вскриком согнулась и стала заваливаться. Раздались гневные крики, но Дон Кихот, стремительно вскочив, уже мчался остову пожарной машины.
