И с припевом, Феникс рисовала Марио большое на полгруди Сердце. Марио лишь оставалось только стараться расслабиться.
Когда Феникс перешла к плечу Марио и наметила огромный меч, у Марио звонил телефон. Звонил Судья.
— Привет, как состояние после вчерашнего? — раздался из трубки добрый голос.
Марио отследил, что говорит ему организм. Тело нормально функционировало.
— Да как обычно. Готов продолжать.
Судья засмеялся.
— Вообщем, там парни в «хелсе», зовут подлечится после вчерашнего. Запись «Беллатора» посмотреть.
— Я сейчас типо картина, Дредд. На мне рисуют — сказал весело Марио.
— Занятно-занятно. Ну привози, посмотрим.
Марио немного поник, представив, что Феникс придется оставить одну.
— Но… — Марио перевел взгляд на Феникс, — а если со мной будет девушка? Автор картины?
— Да в принципе, в этом нет ничего такого. Просто, обычно девушки с нами бои не смотрят — Марио услышал, как Дредд улыбается, — так-то мы не против никогда.
Марио улыбнулся. Он знал «Тренера-Дредда». Но он так же знал и «Весельчака-Дредда».
— А кто в «хелсе»?
— Да Гриша с Олегом, скоро приедут. Я сам пока занят, через часа два только буду.
— Ну так мы — или я — тоже. Через два часа.
Судья хохотнул.
— Ну и славно, Свят! Тогда до встречи!
Марио отдалил телефон.
— Ну, вообще, предложения Судьи принято принимать. Поедешь со мной? — спросил Марио, чуть наклонив голову вбок.
Феникс смотрела так, как будто Марио приглашал ее слетать на Луну. С видом невинного котенка она мелко кивнула два раза.
— Только сначала фотки! И потом потрешь мне спину! Точнее: ото-трешь.
— Поворачивайся! — Феникс сделала первый «щелк» фотоаппаратом.
Заряженные глубокой энергией, с виду расслабленные, крепкие парни полусидели-полулежали на просторных белых диванах напротив широкой плазмы. «Вип-ложи» размещались за пятым уровнем столиков в зале. Они были отгорожены от остального пространства тонированными стеклами. Помнится, в первый раз Марио еще подумал, что это просто стены, облицованные каким-то материалом под пластик.
Ложи тянулись по всей длине стены и были соединены коридором, из которого можно было попасть сразу на улицу.
Ложи были предназначены для особо важных гостей, а в обычные дни — для особо важных спортсменов, как любил шутить Слава — владелец клуба.
«Комната N 1» была излюбленным местом представителей «Кентавра».
— Саня чемп! — гаркнул Гриша.
Он сидел у дальнего края, прям около стекла, через которое просматривался зал с клеткой. Чуть поодаль от него возлежал на подушках Олег. На среднем диване чуть завалившись на бок сидел Судья Дредд с видом «все в мире бренно, все скоротечно». На ближнем ко входу диване расслабленно развалился Марио, обнимавший одной рукой Феникс.
Перед диванами стоял обширный стол, заставленный протеиновыми и молочными коктейлями. Только перед Судьей их стояло штук пять.
Плазма висела на стене напротив.
Обычно диваны стояли возле обеих стен, чтоб можно было через стекло созерцать происходящее в клетке. Но сейчас их сдвинули к одной стене для просмотра зрелищных боев.
— Все-таки ты, Судья, переборщил вчера — Гриша держался за бок, — до сих пор печенка побаливает.
— Когда это?
— Когда в клинче стояли. Последние три раунда. У меня теперь левое бедро болит от твоих ударов и тут что-то постанывает…
— «Да и вообще, если честно, я разваливаюсь» уже скажи. Гриш, что за нытьё? Ты же железный! Если ты не баба — пардон — девушка, и нечего тут в слабака играть! Оставь это для кого-нибудь другого. Нет, пожалуй, просто оставь — подводил Судья Дредд. — Ты должен примером быть! А не Канючей! Один твой вид должен внушать непрошибаемую уверенность, а не желание пожалеть тебя…
Феникс улыбалась, услышав слово «Канюча».
Гриша не знал, что и ответить.
— Смотри, как бекфисты красиво запускает![59] — восторженно сказал Олег.
— Ну ладно, иди сюда — Судья перевел взгляд с экрана опять на Гришу, — что-то я резко с тобой. С тобой же надо поласковее, да? Иди, поглажу тебя как котенка, мой маленький. Пожалею тебя — засюсюкал Дредд.
В его исполнении это смотрелось вдвойне веселее. Комната наполнилась лавинообразным смехом. Феникс смеялась звонче всех.
Судья Дредд знал, как зарядить обстановку, особенно в зале. Но он знал, как ее и разрядить.
— Уж если ребята с «Кентавра» жалуются, тогда что говорить об остальных мужиках! — громыхнул Дредд. — Мужчина не должен жаловаться! Он должен быть как гранитная скала, на которую все могут опереться, когда надо! Которая всех может защитить собой!
Феникс внимательно следила за словами Дредда, а Марио следил за Феникс.
Ангелы картинно разложились в шезлонгах под потолком.
— Что я говорил? Отличное место, Братья! — Пархомий отпил Святую воду из кубка.
— Я не знаю, почему они смотрят эти драки, но мне это определенно нравится! — молвил Артемий.
— Какой сильный воин! — сказал Мудрейший из Ангелов, — смотрите, Братья, и от него льется отличный белый свет!
— На самом деле, Братья, это не драка. Это такой спорт — сказал Илия, — здесь можно проиграть, если будешь злиться. Нужно уметь оставаться хладнокровным.
Наблюдая за происходящим на экране, Судья начал расплываться в улыбке.