— Как он его крутит, и так, и этак — Судья Дредд был доволен зрелищем.
— На! На! На! — комментировал удары бойца Олег.
На экране рефери замахал руками между бойцом в синих шортах и поверженным бойцом в белых шортах.
— Йуууухуууу, Саааня чееемп! — зашелся в эмоциях Гриша.
Судья застучал себе по коленке, имитируя аплодисменты. Феникс зааплодировала. Она уже начинала разбираться в поединках.
Марио довольный допил второй коктейль и поставил его на стол.
Запись закончилась.
— Давай еще! Где наши валят! — громыхнул Дредд.
Гриша запустил следующий бой на ноутбуке, воспроизведение с которого шло на плазму. Началось представление бойцов.
— А помнишь, парнишка раньше ходил, такой тоже крепенький, Боксерчик? — спросил Гриша у Олега.
— А, такой подкаченный? Его Вова, кажется, звали… — расслабленно протянул Олег.
Марио напрягся.
— Недавно его видел, на машине. Говорит, даже не в кредит купил. Заработал, «как бы». Я вот что-то слабо себе представляю, как парню молодому можно обойтись без кредита, если машину брать — Гриша зевнул, — ребята говорят, он на стройке что-то мутит, цемент по ночам через заборы кидает. Еще говорят…
— Отставить — отрезал Дредд. — Ты что же, завидуешь ему? Парни пропивают небось все, а Вовка вкладывает! Да и что ты их вообще слушаешь? Мужчина не должен собирать сплетни, как ничтожество базарное. Он купил машину — ты наоборот должен порадоваться за него! Тем более парень нашенский, с «Кентавра» тоже.
Марио покивал:
— Согласен. Его бы на склад не пускали бы даже, если б увидели, что цемент пропадает. Ребята что-то не то говорят.
Гриша повел плечами.
Тут Феникс встала и начала убирать пустые бокалы на круглый поднос.
— Да, Зеленоглаз, оставь. Потом сами унесем.
— Нет, Уголек, надо чтобы было все чисто.
Парни на дальнем диване замерли с такими лицами, как будто увидели порхающего медведя.
— Уголек?! Уголеееек?! Ахаааахааа!!! — они зашлись приступами хохота. Судья по-доброму заулыбался. В углах его глаз заиграли морщинки.
Марио немного внутренне смутился, но виду не подал.
— Чего ржете, «Мешки»! Это секретное название, которое только мы вдвоем понимаем! — Марио прижал к себе раздосадованную Феникс и улыбнулся ей.
— Хаааа! Уголееек! Угаар! — Гриша заваливался под стол.
— Прикинь-прикинь, — Олег бил того по коленке, сам пытаясь посмеяться, — «в краааааасный угол ринга выходит Свяаааат «Уголь» Влааааадимиров!» Ахах!!! Это будет шедевр!
Гриша смеялся громче:
— И мы такие: У-голь! У-голь! У-голь! — орем! Ахаха, вот умора будет!
— Заканчивайте — сказал Дредд.
— Не, ну Судья, не будем же мы его «Угольком» называть! Свяааат «Уголеееек» Влаааадимиров! Даже тренера не поймут!
— Уголек потому что тепло дающий! А вы смейтесь, сколько хотите! — и Феникс села к Марио на колени.
— Да, дураки! — и Марио скорчил сморщенную рожу, — а ты не обращай на них внимание. На «мешков» внимание обычно не обращают красивые девчонки — и Марио зарылся в ворох перламутровых волос.
— Не, Свят-брат, извини конечно. Но это было резко — у Гриши слезились глаза, — прям как внезапный апперкот. Правда, повеселее. Мы вот с подругой никак друг друга не называем. «Олеся» — «Гриша» — все, — и Гриша стих.
— Не, меня моя называет «Олежа» иногда — важно внес Олег.
— Ну, «Олежа». А тут — Уголек! Ахаа — опять гоготнул Гриша. — Лучше бы, не знаю, «Порох» — гораздо круче звучит! Как будто ты взрыв!
— А у нас свой Мир. В котором нам вдвоем вообще неплохо! — сказал Марио.
И в глазах ребят промелькнуло как будто небольшое сожаление, что у них в личных отношениях не так интересно все устроено.
— Не, Надь, ты не подумай ничего плохого, что Свят у нас за посмешище, просто это было очень внезапно! — со всей серьезностью произнес Гриша, — Свят у нас вообще Боец за трезвость! Он тебе не рассказывал, как мы алкашей пнули?
Феникс перевела большие глаза на Марио.
— Как это?
— Я что-то не знаю, парни? — спросил Дредд.
Марио улыбнулся.
— Ты что, никому не говорил? — спросил Гриша.
— Нет — Марио смотрел на него через Судью Дредда.
— В пятницу мы с Ваней с тренировки вышли, решили в магазин пройтись, за водой — начал рассказ Гриша.
Марио хорошо помнил тот вечер. Он уже вышел из «Кентавра», на крыльце стояли Гриша и Ваня. Они предложили ему пройтись до магазина купить попить. Они шли немного впереди, Марио наблюдал за ними.
Гриша ступал своей точеной походкой. В каждом шаге его чувствовалась заряженность на удар. Казалось, при первой же возможности он сделает подворот на левой ноге и вынесет хайкик первому желающему.
Ваня ступал рядом. Он раньше занимался борьбой, поэтому был больше по массе и тело его имело характерные борцовские формы. Он ступал пружинистой походкой немного вразвалочку, чуть заваливаясь в сторону шага. Он вот-вот был готов сделать проход в ноги и опрокинуть противника наземь.
Марио нравилось вот так просто идти с ними. В его глазах они олицетворяли живую мощь и готовность к действиям.
— … и мы зашли в магазин. А там на крыльце стояла гопка, то ли наркоманов, то ли алкоголиков каких-то. Человек пять или шесть их было, закурили все вокруг — Гриша был просто «мастер» историй: