Шторосу было гораздо сложнее от того, что она, Динка, беспомощным балластом болталась на его шее. В этот раз удар о борт пришелся по касательной, и Шторос, всадив когти в доски борта, пытался удержаться на месте, но их снова швырнуло в сторону. Динка поняла, что вдвоем им не уцепиться за борт. Но тут веревка дрогнула и поползла вверх. Динка подняла голову и увидела наверху Тирсвада, махающего им рукой.
Она с трудом разжала сведенные судорогой пальцы, чтобы отпустить шею Штороса и перехватиться за веревку. Шторос помогал ей снизу свободной рукой, подталкивая под задницу. Динка встала ему на плечи сначала коленями, затем ступнями, а потом и вовсе, оттолкнувшись, повисла на раскачивающейся веревке и начала взбираться по ней вверх.
Веревка, несмотря на то, что продолжала беспорядочно летать вдоль борта, медленно, но верно подтягивалась кверху. Вскоре Шторосу удалось уцепиться за борт, и веревка зафиксировалась в одном месте. Ползти по ней стало гораздо легче. Сильно мешали только волны, захлестывающие с головой.
Шторос, поднимаясь по борту с помощью когтей, догнал ее и подставил ей свои плечи, за которые она с радостью ухватилась ногами, продолжая подтягиваться руками по веревке. Вскоре Тирсвад и Хоегард втянули их на палубу галеры, и они упали под высокое ограждение борта, пытаясь отдышаться. Динка поняла, что не чувствует своих ладоней, а когда поднесла их к лицу в ужасе закричала. Кожа и мясо с них было содрано почти до костей.
— Динка-Динка, тише! — Хоегард поймал обе ее руки в свои ладони. — Они скоро заживут. Направь в них немного силы.
Динка попыталась выполнить его совет, но в голове мутилось и сконцентрироваться никак не удавалось.
— Ладно, этим мы займемся потом, — сказал Шторос. — Сейчас надо найти Дайма.
И все сразу вскочили на ноги. Динка огляделась. Галера была огромная, с тремя мачтами и палубой размером с целую деревню. На галере была суматоха, по палубе бегали люди, но понять, что там происходит из их укрытия не представлялось возможным. Может быть команда заметила, что на борт проникли чужаки и теперь все разыскивали их, а может быть причина суеты была в другом. За бортом невдалеке маячила «Алая стрела», не приближаясь, но и не имея возможности скрыться из-за продолжающегося шторма.
Четверо налетчиков крались вдоль стены кубрика, прячась в тени от ярких вспышек молнии. Надо было найти вход в трюм, а потом… Динка даже не представляла, что они будут делать потом. И закрадывалось такое подозрение, что Шторос тоже предпочитал об этом не думать. Захватить огромную галеру? Тут только команды не меньше сотни, наверное. Вернуться на яхту к лживому ублюдку Джо?
В дверном проеме кубрика показался матрос, в руках которого был фонарь, раскачивающийся от ветра и отбрасывающий неровное пятно света на палубу. Варрэны отпрянули и затаились, прижавшись к стене. Матрос осмотрелся и зашагал в их сторону, широко расставляя ноги. На палубе галеры качка была не такая сильная, как на яхте, но все равно требовались усилия, чтобы удержаться на ногах.
Когда матрос поравнялся с ними, Шторос, словно тень, отделился от стены и приставил к его горлу кинжал. Матрос сдавленно вскрикнул и выронил фонарь. Динка, шедшая вслед за Шторосом, подхватила фонарь и потушила его.
— Веди себя тихо, и мы тебя не тронем, — прошептал Шторос страшным голосом ему на ухо. — Где здесь вход к гребцам. Показывай.
Матрос сжал зубы, но кивнул головой. Трудно быть несговорчивым, когда холодная сталь царапает горло. Он медленно поднял руку и указал направление. Варрэны, крадучись, двинулись за ним.
Но когда они обогнули угол кубрика, сквозь завывание штормового ветра и плеск волн до них донесся звон железа и шум драки. Но палубе что-то происходило, но в мечущемся свете фонаря на мачте, выхватывающем из темноты лишь отдельные фрагменты событий, трудно было догадаться о том, что там творится.
— Пошел! Вперед! — грубо поторопил Шторос замешкавшегося матроса и подтолкнул его в спину. Они отделились от стены кубрика и шагнули на открытую палубу. Волны не захлестывали палубу галеры, но яростный шквал ветра, насыщенного колючими водяными каплями, тут же с силой ударил сбоку. Динка покачнулась от неожиданности, но оказавшийся рядом Хоегард поддержал ее за локоть. Она на миг отвлеклась от происходящего впереди, чтобы с благодарностью посмотреть на него.
Небо рассекла пополам ослепительная молния, осветившая палубу голубоватым мертвенным светом, и от грохота грома по корпусу корабля прошла мелкая, пробирающая до костей дрожь. Динка поспешно обернулась обратно и, в ярких вспышках, следующих одна за другой, увидела в центре палубы Дайма.
Во мраке, освещаемом лишь грозовыми зарницами, он походил на разгневанного бога небес из книги сказок. Его отросшие волосы разметались от порывистого ветра, по могучей груди струйками сбегала дождевая вода, каждое его отточенное движение было молниеносно быстрым, а два длинных кинжала в его руках, сверкающие серебром в свете грозовых разрядов, разили противников насмерть.
