И как это он сразу не сообразил?! И этот характерный запах, на который он попросту не обратил внимания поначалу, так как был жутко взволнован… Светлана не умерла, не покончила с собой, даже не стала жертвой внезапного сердечного приступа — она просто напилась в стельку в его отсутствие.
Потрясённый своим открытием, Тим не сразу услышал, что в дверном проёме деликатно покашливают ребята-эмчеэсники, ожидающие оплаты своего труда.
— Эй, парень… у вас там всё в порядке? — крикнул Саня. Тим тяжело поднялся с пола и побрёл в прихожую, чтобы рассчитаться с ними.
— Да… — пробормотал он растерянно, отсчитывая купюры. — Всё в порядке, спасибо. Просто… хозяйка переборщила со снотворным. Вот я и перенервничал немного…
— Жена, что ли, твоя? — понимающе хмыкнул один из эмчеэсников. — Бывает… А за дверь ты нам ещё спасибо скажешь. Это убожество давно пора было менять, — он снисходительно улыбнулся.
Остаток дня прошёл, как на автопилоте.
Сначала Тим дозвонился до Федорчука и сообщил ему, что Светлана тяжело заболела, поэтому ему нужно время до понедельника, а с другими актрисами сниматься он по-прежнему категорически отказывается. И, не слушая больше возмущённый ор режиссёра, Тим оборвал разговор.
Затем он вызвал службу по замене двери. Выбирал вслепую, по телефону, практически наугад, ориентируясь лишь на словесные характеристики. Впрочем, это было не так уж и важно. Любая дверь будет лучше той, что стояла у Светланы до этого…
Потом настал черёд того, что он подсознательно отодвигал — нужно было приводить Светлану в порядок. Тим страшно злился на себя — дурак, дурак, ну как он мог так сглупить с вином?! Сам, собственными руками открыл бутылку и наполнил её бокал… И даже не подумал о том, что в его отсутствие Светлана может продолжать пить!
Он был ужасно зол и на неё тоже. Ведь всё было так хорошо, так чудесно! Как она могла его подвести? Она же обещала…
Тим с горечью взглянул в лицо всё ещё крепко спящей Светланы. Во сне оно разгладилось и больше не казалось таким напряжённым, как при их прощании накануне. Что же, сняла стресс — так сняла, ничего не скажешь!..
Поскольку непохоже было, что в скором времени Светлана сама собирается проснуться, Тим со вздохом прибегнул к крайним мерам. Он просто бесцеремонно подхватил её на руки, отволок в ванную и там с каким-то злорадным удовольствием окатил актрису холодной водой.
Пока ошалевшая Светлана отфыркивалась и испуганно озиралась, соображая, на каком она находится свете, Тим невозмутимо продолжал поливать её водичкой.
У Светланы, наконец-то, прорезался голос.
— Тимофей… прекрати! — выкрикнула она хрипло. — Что ты делаешь?
— Ага, — констатировал он, — значит, имя моё вы пока ещё не забыли… Прекрасно, прекрасно.
— Зачем ты… ай! — снова взвизгнула она. — Перестань!
Он подал ей сухое полотенце и чистую одежду.
— Даю ровно десять минут на то, чтобы привести себя в порядок. Жду вас на кухне, — ледяным тоном сообщил он Светлане и вышел из ванной.
Когда она появилась, стыдливо отводя глаза, чтобы не встречаться с Тимом взглядом, он понял, что она в полной мере осознала всю тяжесть и глубину своего проступка. Злиться на неё больше почему-то не хотелось. Он чувствовал только усталость и опустошение, смешанные с горьким разочарованием.
Она робко присела на краешек табурета. Он молча подал ей чашку крепкого кофе без молока и без сахара.
— Вот, выпейте.
Она послушно приняла чашку из его рук. Эта покорность раздражала его. Почему она ведёт себя так, точно боится его? Неужели сама не чувствует, что он никогда не причинит ей зла, он просто физически не сможет сделать ей ничего плохого, это выше его моральных сил и возможностей…
— Вы пьёте, Светлана, — произнёс он утвердительным тоном, имея в виду, конечно же, не кофе. — Давно?
Её лицо запылало.
— Я… пытаюсь бросить, — прошептала она виновато. — Честное слово, у меня даже получается! Я не пила с самого лета, и не собиралась начинать, правда! Вот только вчера сорвалась…
Тим молча смотрел на неё, испытывая смешанные чувства — от неприятия до жалости, от злости до желания согреть, спасти, защитить…
— Я очень сильно подставила тебя, Тимофей, — сказала Светлана. Очевидно, разум и память окончательно к ней вернулись. — У тебя будут большие проблемы из-за сорванных съёмок? Прости… я знаю, что это подло…
Он продолжал злиться на то, что Светлана не понимает главного — она подставила не его, а себя саму!
— Зачем вы это делаете? — тихо спросил он, отворачиваясь к окну — не было сил смотреть в её виноватые глаза. — Вы же прекрасно понимаете, что это путь в пропасть. Да, вам не повезло в жизни, бывает, но ведь… многие люди теряют работу и необязательно при этом спиваются! Тем более, вам представился шанс всё изменить, исправить…
Она покачала головой, хотя он и не мог её видеть.
— Это… не из-за работы, — отозвалась она еле слышно. В голосе её было столько тоски и боли, что он тут же повернулся к ней лицом.
— С вами произошло что-то плохое? — спросил он. — Вас кто-то обидел? Стряслось что-то ужасное, непоправимое?
