Тим поднимал в воздух соль и сахар разными способами, а девушки его подбадривали. В творческом азарте он совсем забыл об усталости и опустошенности, заполнявших его совсем недавно.
К его огромному удивлению оперировать солью оказалось легче. Причем особенно хорошо «слушались» циркача крупные кристаллы.
— Хм, да они совсем разные! — задумчиво произнес Тимур. — Я имею ввиду, соль и сахар — они только внешне похожи!
— Разумеется! — засмеялась Тоня. — На вкус они — полные противоположности!
Тим тоже улыбнулся — и Тоне, и самому себе — за успех. А вслух пояснил:
— Не только на вкус, они и по внутренним ощущениям воспринимаются как абсолютно разные вещества!
Тоня согласно кивнула и достала из навесного шкафчика пакеты с гречкой и рисом. Но как Тим ни пытался, ему не удалось отделить одно от другого. В воздух приподнимались только смешанные бело-коричневые облака.
— Что-то в доме стало непривычно пусто, — раздался в дверях голос Сержа. — А это, оказывается, Тим учит моих жен готовить! — рассмеялся изобретатель. — И как называется это рисово-гречневое блюдо? — кивнул он на рассыпанные на столе крупы.
— Неудавшийся новый цирковой номер, — грустно сказал Тим. — А я, вообще-то, хотел приготовить гречневую кашу прямо в тарелке на столе…
При этих словах зерна гречки зашевелились, поднялась белая пена и закрыла их шапкой над тарелкой. Серж подошел, принюхался, потом потрогал дно тарелки рукой:
— Хм, холодное…
Ткнул пальцем в белую пену. Ее сухая шапка осыпалась от прикосновения, а на пальце Сержа остались белые кристаллики. Он слизнул их и шутливо возмутился:
— Пересолили! Сколько раз я вам говорил, чтобы только кто-то один готовил!?
Серж сделал сердитое лицо, и все дружно расхохотались.
— Мы вообще-то хотели сделать спектакль из летающих фигур разного качества и цвета, — пояснила мужу Тоня идею нового циркового номера.
— Так бы и сказали, — быстро отреагировал ведун. — А то я испугался, что меня ЭТИМ теперь будут кормить!
И он демонстративно поднес палец с остатками сухой пены ко рту и опять сморщился.
— А если на благо цирка, то я попрошу ребят из конструкторского отдела тебе помочь, Тим! А теперь — пора спать, — сказал Серж и обнял за талии Ларису и Нину. Женщины улыбнулись ему в ответ и прижались к плечам. Тим отвел глаза и поспешил в комнату. Возле самой двери в кармане запиликала КИС:
— Тимур Алексеевичв, не разбудила? Извините, что так долго не звонила — столько всего происходит, что просто физически не успеваю… — начала оправдываться Рита.
— Всё нормально, и у меня полный завал. Или аврал, — проговорил Тим, прислоняясь к двери своей комнаты с внутренней стороны.
— А статья у меня, между прочим, готова… — загадочным голосом проговорила Рита.
— Про пресс-конференцию или мое интервью? — поинтересовался Тим.
— Вообще-то обе, но официально полученные данные сверять не надо — ваш друг информацию так тщательно просеивает, что и зерна лишнего журналистам не перепадет…
Тим улыбнулся — он только что экспериментировал с зернами, и Рита их же упоминает, только в другом смысле. А журналист продолжала без паузы:
— Как у вас завтра день складывается? Может, можно подъехать?
Тим вспомнил свое обещание и задумался:
— Я завтра буду писать отчет, но дома. И, думаю, смогу выкроить полчаса, чтобы прочитать то, что у вас получилось.
— А?.. — Рита потянула гласный звук, не зная, как по другому напомнить Тиму про обещание познакомить ее с гаремом Сержа.
— Девочки, вероятно, тоже будут дома, — понял ее Тим. — И, возможно, тоже найдут время с вами пообщаться. Только давайте я утром уведомлю о вашем визите Сержа — маловероятно, что он будет против, но я все-таки гость, надо соблюдать приличия…
Рита была в общем удовлетворена, правда, согласование ее посещения с суровым директором института могло нарушить планы, но она внутренним чутьем знала, что и следующий день будет таким же интересным, как этот.
— Двадцатое мая первого года в прошлом, — сверился Олег с записями на «простынях» — большие листы пестрели информацией, переданной браслетом. Колонки цифр рассказывали о всех зафиксированных физических аномалиях, теперь же от Тима требовалось вспомнить, чему они соответствовали.
Тим нахмурил лоб — что же было в тот день? А, кажется, он встретился с Леной, подругой своего дубля в прошлом, а потом появился Тим+1 и Тим+3. Тогда стало плохо и Лене, и у Тима голова кружилась от встречи с самим собой в будущем. Другие аномалии соответствовали «прогреваниям» Тима в цирке в своих любимых «теплых» местах, а также встречам с Тимом+3, экспериментам циркача с новыми материями. Впрочем, были и даты, которые Тим никак не мог увязать с событиями семилетнего прошлого. От умственного напряжения у Тима разболелась голова, он никогда не думал, что ему придется вспоминать мельчайшие происшествия чуть ли не каждого дня. Поэтому когда в кармане завибрировала КИС, Тим только обрадовался перерыву:
