Рита не могла ответить на этот вопрос. Она и сама хотела бы знать — хорошо бы освоить подобный механизм. Вот удачная находка для журналиста — подключайся на «волну» нужного человека, записывай информацию, и никаких тебе просьб об интервью, состыковок времени, сверок материалов и пр.
— Что касается предполагаемой опасности, — медленно продолжала Тоня. — То я не думаю, что она реально грозит Тимуру. Мозг людей вашего времени интерпретирует полученную информацию согласно предыдущего опыта с использованием символов. Например, если ты в жизни не видела негров, то и сновидения про них не увидишь. Скорее всего, персонажи будут просто с черными волосами и в черной одежде… Кстати, вспомни Ольгу — какого цвета у нее волосы?
— Темные… — растерянно проговорила Рита.
— Я бы сказала, что она очень грациозна, — продолжала Тоня. — Как пантера, например…
Рита о такой интерпретации не думала. Но слова Тони и тон ее голоса успокоили журналиста. Для себя она решила, что это Ольга с запредельными для нашего времени способностями заблокировала образ самой себя — чтобы не показываться Рите обнаженной. А что? Вполне возможно…
Тоня отсоединилась от телефонной связи с Ритой, но не отключалась от ментального контакта с журналистом. Рита «пережевывала» как свой сон, так и недавний разговор, Тоня же внимательно «слушала».
«Похоже, у Тима что-то не ладится с Ольгой», — поняла она. «Очень не ладится»…
— Домовой, покажи-ка мне меню, — про себя произнес команду Тим.
Домовой спроецировал на внутренний взор Тима стол, уставленный различными яствами. В мыслях Тима пронеслось что-то вроде «цыпленок табака», и на столе, кроме нескольких разновидностей этого блюда, показались запеченные гуси и другая дичь. Циркач явственно ощущал запах и даже вкус блюда, на котором он сосредотачивал свой взор. Одно только «поедание взглядом» могло принести гурману наслаждение. Но он не стал надолго задерживаться в этом мире кулинарных грез, — выбрал понравившийся набор и открыл глаза.
Поверхность стола затуманилась, и в следующее мгновение перед Тимом стоял серебряный поднос с заказом. В этом времени большинству людей было лень жевать, и они пользовались специальными питательными напитками. Вкус их был отменный, усваивались они легко, но для Тима жевание было не просто делом привычки, оно дополняло ощущение пищи так же, как ее вкус и запах.
…Поднос вместе с остатками трапезы исчез так же, как и появился, а Тимур отправился на прогулку. Хоть снаружи и была зима, но необходимости надевать дополнительную одежду не было. Его костюм-хамелеон мог не только изменять расцветку по желанию, но и автоматически поддерживал постоянной температуру поверхности тела, изменяя свои теплоизоляционные свойства (дополнительный подогрев или охлаждения обычно не использовали, дабы не превратиться в «тепличное растение»). Когда было жарко, костюм превращался в мелкоячеистую сетку. В холод внутренний слой одежды разбухал, а в дождь или сильный ветер внешний слой превращался в гидрофобную пленку, не пропускающую влагу внутрь. Отчасти поэтому гардероб людей этого времени свелся к минимуму. Не последнюю роль сыграла и генетическая коррекция, в результате которой им уже не приходилось скрывать под одеждой (и косметикой) недостатки своего тела. Впрочем, большого внимания внешности и не уделяли они, поскольку ментальное общение открывало суть человека, информационная насыщенность которой была значительно выше внешних атрибутов.
…Тим шел по хрустящей от сильного мороза, протоптанной в снегу, дорожке. (Поскольку дорожки использовались только для прогулок, то их не расчищали). На тропинке и на сугробах в свете полной луны сверкали необычно крупные кристаллы изморози. От этого поздний вечер казался сказочным, каким-то нереальным. Одежда одиноких встречных прохожих была покрыта уникальными для каждого человека разводами белой изморози из кристалликов инея, которые образовались на ткани из влаги, выделяемой человеческим телом (она выходила через микроскопические поры одеяния). Особенно сильно были покрыты инеем ребята, игравшие на утоптанной снежной площадке в игру, подобную баскетболу. Их сверкающие кристаллы непрерывно осыпались, а мяч подскакивал на высоту около двух метров после удара о снег. Тим удивился, что он застывал в воздухе после каждого «прыжка». Мальчишки, изящно проворачивая мяч, подхватывали и вели его к кольцу противника. Или же пасовали товарищу по команде. Некоторые при этом совершали виртуозные акробатические маневры, повиснув в воздухе или оседлав зависший мяч.
