У Майка были свои причины психовать по поводу внезапно обнаружившихся в трюме незадокументированных пассажиров. Обычно полуогр разбирался с решившими бесплатно прокатиться умниками гораздо мягче — просто принуждал к посильной работе в счёт оплаты «рейса». Но конкретно сейчас Майк вёз особенный груз. Настолько особенный, что если его обнаружат официальные власти, капитана ждёт мучительная казнь, а если его обнаружат власти неофициальные (т. е. пираты или портовая мафия), то капитана ждёт очень мучительная казнь. А что будет с его мускулистой пузатой тушкой в случае, если этот особенный груз вовремя не достигнет адресата, Майк предпочитал вообще не думать.
И вот тут, когда полуогр и так весь на нервах, у него в трюме объявляется троица странных пассажиров. Азиатов и кимоно Майк видел впервые в жизни, а полу- и кварт-неко были редкими гостями на Пепельном архипелаге, да и на побережьях Вигу, а на Полумесяце зверолюдов вообще отродясь не бывало…
— Капитан… — раздался напуганный сдавленный голос откуда-то с палубы.
— Что?! — рявкнул Майк.
— Пираты… Рядом…
— Что?! Как пропустили?! Как рядом?!
Майк выпустил Танаку из железной хватки и некромант плюхнулся на пол.
— Покров… Они шли под заклятьем… Капитан, у них цветочный флаг… — судя по голосу, матрос был готов разрыдаться.
Было от чего. Пираты, ходившие под смешным по меркам морских хищников флагом с пёстрыми цветками, славились фантастической жестокостью и неуловимостью. Однако большинство окрестных мореходов могли не бояться цветочников — те нападали лишь на других пиратов и на корабли с флагом Полумесяца. Обычных торговцев, мелких контрабандистов и прочие суда цветочники не трогали.
«Будь проклят тот день, когда я соблазнился большими деньгами и сладкими речами Нико… Да и ты, Нико, будь проклят,» — подумал Майк, чувствуя нарастающий страх.
— Слушай, капитан, — сказал Танака, отряхиваясь, — Ты, надеюсь, не будешь возражать, если мы поможем в бою?
— Бою… — Майк рассмеялся, а затем парой резких прыжков выскочил на палубу.
Танака, Мей и Кен последовали за ним.
— Кен, ты так и не рассказал, как вернул руку. И почему она у тебя забинтована, — сказал Танака.
— Дар богини… За испытание. Долго рассказывать.
— Очень содержательно, — фыркнула Мей.
— Мудрец всегда немногословен, — с важным видом сказал Кен.
— Ты не мудрец, ты аутист… Или авутист? Павутист? Хозяин Танака, как правильно?!
Пиратский корабль под цветочным флагом приближался. Гигантская махина, раскрашенная в семь цветов радуги, шла наперерез маленькому торговому судёнышку. Обстреливать жертв пираты не собирались, хотя возможность вроде как была — по крайней мере так показалось Танаке, когда он, щурясь от ослепляющего солнечного света, наконец разглядел вражеское судно
Тем временем, Майк, размахивая саблей, толкал речь. Как думал сам полуогр, предсмертную.
— Цветочники никогда не отпускают живыми! И нас не отпустят! Но! Мы дадим бой! И пускай мы хреновые бойцы! Нас запомнят! Может мы и умрём обосравшимися от страха, но клянусь, сделаем так, чтобы сраные цветочники подавились нашим дерьмом! Мы умрём с оружием в руках! Мы не будем молить о пощаде!
Матросов речь капитана похоже не особо впечатляла. Половина команды была бледна как трупы, кто-то молился, парочка блевала за борт, а самый молодой кудрявый парнишка, обхватив колени звал маму.
Танаку с Кеном же интересовало совсем другое.
— Там вообще какая-то защита есть, или эта деревяшка считай голышом плывёт? — спросил самурай.
— Без понятия, они слишком далеко. Ничего не чувствую, — пожал плечами некромант, — И вообще от меня не будет особого толку если они на абордаж не пойдут.
— Ну что ж… Посмотрим, что я могу сделать с такого расстояния, — сказал Кен.
На непрошенных гостей уже никто толком не обращал внимания, поэтому самурай спокойно прошёл к носу и запрыгнул на бортик. Бинты на правой руке Кена вдруг сами собой размотались, и упали на палубу, обнажая нечеловеческую руку — тёмно-красная кожа, покрытая серыми наростами… На тыльной стороне ладони круглый жёлтый глаз с вертикальным зрачком, вместо ногтей когти. Самурай извлёк меч из ножен и ухватился за рукоять катаны обеими руками, поднял оружие над головой, делая замах. Несколько секунд Кен шептал себе что-то под нос — за набиравшей обороты речью капитана, решившего умереть в лучах славы, слов самурая было не разобрать.
А потом вдруг резко потемнело. Меч Кена толи впитал в себя свет из окружающего пространства, то ли «засветился темнотой». Майк резко умолк и вместе с остальной командой повернулся к источнику внезапных спецэффектов.
Кен ударил. На долю секунды всё затихло и можно было увидеть чёрно-красное торнадо, чьё основание лежало на клинке самурая. Постепенно расширяясь, горизонтальный вихрь ударил в пёстрый корабль под флагом рогатого черепа, окружённого цветочками. А потом с треском и жутким грохотом пиратское судно развалилось на куски. Послышались крики, и было видно, как попавшие под атаку самурая люди на палубе буквально разваливаются на куски. Морская гладь забурлила, взорвалась мощными фонтанами.
