Во втором бою учувствовали ещё более странные личности. «Валькирия и стальные рабы» — команда из пяти человек, одетых в металлические доспехи. Только так, чтобы не нарушать правила турнира эксгибиционистов… Четвёрка мужиков в стальных поножах, наплечниках, наручах и закрытых шлемах, все. При этом босых, с голыми рельефными торсами и бёдрами, выпячивающих при ходьбе гладко выбритые промежности и крепко сжимающих свои безволосые булки. Экран позаботился о том, чтобы всё это довольно комичное зрелище не минуло глаз Вики. Каждый сжимал в руке толстую цепь, частично намотанную на наруч, а по большей части волочившуюся по песку. Пятой была, видимо, сама Валькирия — красивая женщина со строгим волевым лицом, ледяным взглядом голубых глаз, и длинными соломенными волосами, заплетёнными в высокую косу. На голове золотая диадема с тремя различными самоцветами. Помимо неё воительница носила латные сапоги, наручи и наплечники, все элементы доспехов блестели и имели какой-то хитрый узор из позолоты. У неё в качестве оружия был большой двуручный меч, длина которого лишь немного уступала росту валькирии.
«И как она это бандурой вообще драться собралась?» — подумала Виктория, глядя как женщина волочит свою оружие по песку.
Наконец экран закончил показывать во всех деталях задницу самопровозглашённой валькирии, и Виктория увидела вторую команду. «Братство настоящего мужества» — объявил диктор, и на арене появилась следующая пятёрка бойцов.
— Какое… интересное братство, — сказала Вика, глядя на бойцов.
По песку шагала пятёрка волосатых мужчин разных комплекций. Ни у кого не было оружия, а из одежды только чёрные портупеи, чёрные кожаные ошейники с шипами, и головные уборы. Последние тоже различались: двое самых мускулистых носили чёрные латексные маски, самый высокий и тощий — металлический шлем с короткими шипами, торчащими во все стороны, коренастый и пузатый бородач — чёрную кожаную фуражку с изображением черепа под козырьком, а последний «брат» неопределённого телосложения имел на голове розовую бандану с голубыми сердечками.
Диктор объявил бой, и на этот раз Виктория наблюдала очень жаркую и практически равную битву. Воины в доспехах и впрямь использовали свои цепи в качестве оружия. Но никаких размахиваний и вращений для этого бойцы не делали, металл в их руках сам приходил в движение и цепи атаковали врагов словно живые. Бросались вперёд, пытаясь протаранить, или словно ужалить, как змея, опутать ноги, хлестнуть… Чем-то боевой стиль рабов валькирии напоминал Викино использование тентаклей. Волосато-кожаное братство в ответ демонстрировало ноль техники и изящества, они просто отмахивались от цепей, словно давая мощную оплеуху сильно напортачившему взрослому сыну, или пинали живой металл как мелкую назойливую псину. И массивные железные цепи отлетали от голых ладоней и ступней. Вика заметила, как от некоторых ударов металл гнётся или даже трескается.
«Нифига себе они сильные,» — подумала девушка.
Волосатые мужики в портупеях пёрли вперёд, и в бой ринулась сама Валькирия, предварительно что-то крикнув своим товарищам. Женщина махать мечом тоже не собиралось, её оружие, повинуясь лёгкому взмаху руки, взмыло в воздух и устремилось вперёд, намереваясь пронзить одного из противников. И коренастый бородач в фуражке точно так же отбил острый клинок, отвесив летящему двуручнику оплеуху. Вот только даром ему этот трюк не дался — из руки бородача хлынула кровь. Губы валькирии расцвели самодовольной улыбкой. Меч послушно вернулся к ней, неспешно пролетев в паре сантиметров от земли. Валькирия выгнулась, взмахнула обеими руками, совершила сложное асинхронное движение, словно рисуя какой-то узор в воздухе. Её оружие вдруг закрутилось с огромной скоростью, словно пропеллер, и размазанным диском, поднимая ураган песка, ринулось к врагам.
