«Орочья, значит? Я-то думала орки это зеленокожие гуманоиды, от людей помимо цвета кожи, отличающиеся в основном размером клыков и нижней челюсти» — нахмурилась Вика.
Ты сейчас в месте, где пересекаются смертные из всех миров с культами Рал-Нэш-Уторы. Тебя удивляют одинаковые названия двух разных видов разумных?
«Я не удивляюсь, скорее зарубки на память делаю. А то скажут мне переспать с орком, я соглашусь, вспомнив Бейзила, а в койке меня ждёт вот такое чудо» — подумала Вика.
И что, теперь зная о возможности такой подставы, ты в этой ситуации откажешься?:3
Виктория задумчиво някнула, и оставила вопрос Ники без ответа, сосредоточившись на начавшемся бое.
Беловолосая эльфийка что-то сказала (экран не воспроизвёл её реплику, но показал шевеление губ) и две седых девушки вышли вперёд. Свиноорки, поймавшие от вида противниц дикие стояки, с рёвом (этот звук экран почему-то транслировал) бросились в атаку.
А дальше Виктория стала свидетельницей зрелища «свиньи на скотобойне». Двух эльфиек оказалось более чем достаточно, чтобы всего за несколько секунд порубить четвёрку здоровяков на куски. Девушки превратились в пару смазанных тёмных силуэтов, закружили вокруг противников. Когда те как следует размахнувшись, атаковали своими массивными орудиями (теми, что держали в руках), две тени описали несколько восьмёрок вокруг, а затем отскочили, вернувшись на исходную позицию и снова превратившись в эльфийских дев. А потом орки начали недоумённо визжать и разваливаться на куски. Высокое восприятие позволило Вике в подробностях разглядеть, как на телах свиноголовых вдруг возникают порезы, затем оттуда хлещет кровь, а затем от туш отваливаются аккуратно нарезанные кусочки рук, ног, и наконец при падении тел на песок — головы. У всех, кроме одного орка, самого крупного, и единственного рухнувшего на спину, а не на живот.
«Интересно, что это за способность была. Жаль, истинное зрение через трансляцию заглянуть не позволяет. И зачем они его оставили в живых? Всё равно с отрезанными конечностями слишком быстро истечёт кровью, не успеет толком помучиться» — подумала Вика.
Замысел остроухих дев стал понятен, когда беловолосая эльфийка ещё что-то сказала своим, и не учувствовавшая в резне воительница вышла вперёд, начав что-то колдовать. Вика не видела магических плетений, эльфийка просто что-то шептала, закрыв глаза, и вскоре её клинок вспыхнул желтоватым пламенем. Затем она коснулась лезвием одной из ран поверженного орка, и обрубок его ноги мгновенно затянулся, перестав кровоточить. Эльфийка повторила процесс, остановив все четыре источника кровотечения. Свиноголовый всё это время, похоже, дико визжал, но магический экран, к счастью, пощадил зрителей и не стал транслировать эти звуки.
Исцелившая орка остроухая, и те двое, что нашинковали вражескую команду, практически синхронно повернулись к беловолосой и отвесили ей глубокие поклоны. Лицо командирши озарила улыбка, а потом… Потом Виктория увидела, пожалуй, самое больное зрелище в своей жизни, не считая опыта зацикленного кошмара на карточной игре с шепчущим судом.
Эльфийки воткнули своим мечи в песок, и устроили лесбийскую групповуху верхом на теле искалеченного противника, совсем недалеко от которого валялись расчленённые трупы его товарищей. Тела не исчезали, и это чётко говорило об одном — орки местные, не кандидаты в чемпионы. Очередной жизненный путь их душ между двумя из бесчисленных реинкарнаций закончился вот так.
Всем девушкам места на туше правда не хватило, поэтому одна парочка пристроилась у свиноголового под боком. Тёмные эльфийки сделали всё, чтобы свиноголовый чувствовал их, слышал стоны, вдыхал ароматы возбуждённых тел… и не мог ничего сделать. Они старательно избегали любого, даже случайного прикосновения к орочьему члену, даже в такой ситуации стоявшего колом. Зато провокативно поглаживать промежность ампутанта и хихикая мять его яйца они не стеснялись. Экран стал транслировать звук сразу же после первого лесбийского поцелуя. Виктория была свидетельницей оргии на туше беспомощного калеки, ещё несколько минут назад бывшего грозным воином, и слушала какофонию из сладких девичьих стонов, жуткого свиного визга, хлюпанья, смеха и шлепков.
— Пожалуй мне всё-таки стоит поблагодарить Азу-Лисс-Утору за то, что она организовала мне ту жесть с шепчущим судом, — задумчиво сказала Виктория, — Если бы не их зацикленный кошмар, я бы сейчас блевала от омерзения и рыдала от страха за свою потенциальную участь.
Если бы не шепчущий суд, ты бы вообще вряд ли оказалась сейчас здесь.
— Не оказалась бы здесь, всё равно рано или поздно оказалась свидетелем или участником какого-нибудь другого, схожего по уровню долбанутости.
Пессимистичненько.
