— Потому что это сделаешь ты.
И наставник посмотрел на нее тем взглядом, который иногда был у отца или братьев, когда они испытывали гордость за нее. В груди девушки разлилось тепло, и захотелось широко и совершенно искренне улыбнуться. Магистр Бригс доверял ей важную часть, и ошибиться было нельзя.
Поэтому Оланда попыталась отбросить все лишние мысли и закрыла глаза. Она лишь недавно научилась пользоваться внутренним зрением, и оно давалось ей с некоторым трудом. Девушке была необходима как минимум минута, чтобы мир вокруг погрузился в бледно-желтый цвет.
— Блондинка что, молится? — услышала она чей-то ядовитый возглас, но не обратила внимания.
Наконец ее голубые глаза открылись, но привычной картинки они не увидели. Четкое изображение исчезло, а впечатление было такое, словно девушка смотрела сквозь воду, где окружающий мир преображался основательно. Оланда еще не привыкла к внутреннему зрению, и считала его неудобным, но без этой способности Ловца нельзя считать таковым. Именно с помощью внутреннего зрения они видят все, что относится к Той Стороне, начиная от магии и кончая тварями Хаоса.
Девушка прищурила глаза, всматриваясь в сидящие перед ней фигуры. Ни одного черного пятнышка ей заметить не удалось, но спешка в таких делах не товарищ. Оланда не могла ударить в грязь лицом, поэтому перепроверила все трижды.
— Они чисты, — наконец вынесла вердикт Оланда и посмотрела на наставника, надеясь увидеть на лице наставника подтверждение своих слов.
Но магистр не доставил ей такой радости, совершенно не меняясь в выражении. Он пожал плечами и произнес:
— Как скажешь.
После применения внутреннего зрения голова у девушки немного кружилась, но Оланда была довольна собой. С ней такое часто бывало, если работа, которую ей поручили, выполнена качественно, на пределе усилий.
— Отлично, — Бригс всплеснул ладонями, потирая их друг о дружку. — Раз мы здесь закончили, то самое время пообщаться с последним, и как я понял, самым непосредственным участником драмы. Мне и самому интересно, почему Безумный его не тронул, и даже самоотверженно дал себе отрубить голову. Сколько воюю с порождениями Хаоса, такого мне еще слышать не приходилось. Итак, многоуважаемый, ведите!
Последние слова магистр-Ловец адресовал кривоногому чиновнику, но тот к всеобщему удивлению не бросился к двери, желая поскорее выполнить распоряжение. Напротив, на его лице застыла маска неуверенности, в которой иногда проскальзывали мазки страха.
— Эм-м, — протянул он, заламывая руки. — Мы не знали, что…
Лицо Бригса из возбужденно-предвкушающего враз стало вновь угрюмым.
— Джек Хайди, — холодно произнес Ловец. — Я хочу увидеть его. В какой камере его содержат?
— Мы думали, вам необходимы сведения только от честных людей, а не от какого-то там преступника! Они всегда врут, можете поверить моему опыту.
— Преступник он или нет, — нравоучительно заявил Бригс, подняв указательный палец к верху, — а парень является главным свидетелем, не говоря уже о том, что ему могла передаться зараза с Той Стороны, которую до этого где-то подцепил покойный старик. Так где же он?
Лицо мелкого чиновника побагровело, словно ему недоставало воздуха. Сейчас, перед столь значимой фигурой как магистр-Ловец, он чувствовал себя в высшей степени неуверенно. Тем более, что хороших новостей для Бригса у него не было.
— Мы не знали, что он вам понадобиться! — наконец выпалил кривоногий на одном дыхании. — Сейчас Джек Хайди находиться на воздушном флейте «Бочка меда», перевозящего заключенных на далекий юг.
— Задержите отправку.
— Но она уже состоялась, отправка эта! Повторюсь: мы не знали, и нам очень жаль, что так получилось, но согласно сопроводительным документам, Джек Хайди должен был оказаться на борту вместе с остальными каторжанами.
Бригс Шейн не нашел, что сказать, но он долго ругался, когда они с Оландой покинули тюремное управление.
— Идиоты! Как так можно? Совсем уже в бюрократии утонули. Видите ли, в бумагах так было записано! А ничего, что человек поучаствовал в кровавом побоище всего сутки назад и к нему могут иметься вопросы?
Оланда подождала пока наставник угомониться, и серьезно спросила:
— Думаете к нему могла перейти сущность Хаоса, и в любой момент он станет Безумным?
— А шут его знает, — Бригс махнул рукой, а после выудил из кармана плитку жевательного табака. Отломав от нее кусочек, он отправил ее в рот и задвигал челюстями. — Вероятность такого исхода крайне мала, но лучше быть уверенным на сто процентов. К тому же, я хотел потолковать с этим парнем.
— Зачем он вам? — удивилась Оланда.
— Понимаешь, девочка, — они возвращались к ожидавшей их карете. — Безумных на то и назвали Безумными, что они действуют хаотично, всегда по-разному. Но, хаос побери, я впервые слышу, чтоб Безумный кого-то пожалел! И это при том, что его хорошенько разозлили, пощекотав сталью. Все это… очень занятно.
Бригс медленно шел вперед, периодически сплевывая вязкую слюну на мостовую. Оланда шла рядом. Для девушки ситуация выглядела очень серьезно.
— Так может следует развернуть судно? Вернуть его в порт?
