Решиться подойти к большим окованным сталью воротам, помогло чувство невыполненного долга, и воспоминание о том, что Орнад с Легуном были наемниками. Поэтому ожидать, что их перевалочная база будет похожа на красивый домик с соломенной крышей и кирпичным дымоходом были наивно.
Частокол был в три метра высотой, а сквозь ворота могли ровным строем проехать сразу три всадника, не тесня друг друга. Об этом говорил и истоптанный лошадиными копытами подъезд к форту. Некоторые отпечатки подков были свежими. Рядом с воротами были небольшая калитка, и я постучал в окошко.
— Эгей! Есть кто живой?
Долгое время мне не отвечали, и я мерз под дождем, не в силах отыскать никакого укрытия. Над калиткой не было даже козырька. Наконец по ту сторону захлюпали тяжелые сапоги. Окошко отворилось, и в нем показалась широкая морда, обладатель которой посмотрел на меня недобрым взглядом.
— Чего тебе?
— Это «Острог путника», постоялый двор?
— Да.
— Мне… — начал было я, но меня нахальным образом перебили.
— Подаяний мы не выдаем. Катись отсюда, бродяга.
От этих слов мне стало чуточку обидно. Ну какой же я бродяга? Да, у меня нет в карманах монет, и отсутствуют сапоги, но это не дает этому человеку права меня оскорблять. Да кто он вообще такой? Впрочем свой гнев я сдержал.
— Я не за подаянием, — мой голос был суров. — Дело у меня есть к Барраксу. Ему просили кое-что передать.
— Да ну? — морда в окошке скептически скривилась. — Если думаешь, что переговоря с боссом один на один ты разжалобишь его, то глубоко заблуждаешься, парень. Могу тебя сразу сказать, что будет — тебя изобьют и бросят в навоз.
— Я пришел не за подаянием, — начиная закипать, произнес я сквозь зубы. — Или чтобы попасть на этот «постоялый двор» надо быть кем-то особенным?
— Почему же? Достаточно иметь монеты в кармане. Гунтер варит отменное пиво, которое нравиться не только нашим, но и многим, кто проезжает с севера в Ваймар.
— Так ты пустишь меня, или нет?
Привратник посмотрел на меня более пристально, а потом, пожав плечами, убрал с двери засов. Выглядел я не опасно, да и оружия при мне не было.
— Вон тот дом, — привратник показал на сруб в двадцати метрах от себя, — наша корчма. Топай туда и жди. По территории не шляйся, иначе мигом схлопочешь стрелу от во-он тех ребят.
Я проследил за пальцем, указывающим на деревянную вышку. Там сидели парень и девушка, склонившись над доской для игры в нарды. На меня они внимания не обращали, но возле них я заметил прислоненные к перилам композитные луки. С таких малышек умелый стрелок уложит оленя в глаз с сорока шагов.
Кивнув, я побрел к указанному дому, вертя головой в разные стороны. Территория «Острога» было немаленькой. Недалеко от ворот размещалась длинная конюшня, откуда до меня доносилось конское ржание. Смотровых вышек было четыре, на каждой стороне частокола, но дежурство велось лишь на двух из них. В центре — свободное пространство, где наемники вероятно проводили построения и тренировочные дуэли. Подтверждением этому служили тренировочные манекены и мишени для лучников, которые сейчас мокли под дождем.
Корчма была одним из нескольких зданий находящихся на территории форта, и выглядела она самой неприметной. Построенная из сруба, в ней было несколько замутненных окон и кривая дверь, что еле держалась на петлях, скосившись в сторону. На улице размещались длинные столы и скамейки, за которыми в хорошую погоду можно пообедать либо сыграть в кости. Сейчас столы пустовали.
В нерешительности я вошел внутрь, погружаясь в душную атмосферу питейного заведения. Помимо застоявшегося запаха перегара, корчма могла похвастаться скудным освещением и двумя десятками столов. Сейчас большинство из них пустовало, а люди, сидевшие за остальными, сразу же заметили мое появление. Почти синхронно они повернули головы, разглядывая мою персону. В большинстве своем это были мужчины самой лихой наружности, с шрамами на лицах и бывалым взором. Смотрели они с подозрением; я был чужаком.
Решив не задерживаться в дверях, я двинул к стойке, за которой стоял внушительных размеров мужик, вероятно Гунтер. Он протирал горлышко пивной кружки тряпкой, и взглянув на меня исподлобья без всякой вежливости поинтересовался:
— Новенький?
Вопрос сбил меня с толку, поэтому я замешкался с ответом.
— Что? Нет. Пришел по делам. У меня посылка для… как же ж его… для Барракса! Вот.
Я продемонстрировал мешочек, в котором звякнули кольца. Корчмарь вероятно подумал, что там деньги, и я прибыл дабы расплатиться с каким-то долгом.
— Понятно, — он коротко кивнул. — Выпьешь чего-нибудь?
Я снова замешкался, размышляя над ситуацией. Меня мучила жажда, но при этом в карманах у гулял лишь ветер. Да и карманы-то, в общем, были не мои, так как штаны принадлежали матросу Уому. Но я вспомнил слова Орнада, сказавшего, что за помощь мне перепадет кое-что, и поэтому утвердительно произнес:
— Пива, если можно.
Внутри было тепло и проклятые капли больше не стучали по темени. Жизнь налаживалась. А когда передо мной поставили кружку с пенной шапкой, я почувствовал себя почти что счастливым.
