Растирая мышцы в районе плеч, я осмотрелся, но ничего примечательного не увидел. Обычный берег, где полно камней: как малых так и больших. Поднявшись чуть повыше, глаза различили степь и далекую полосу леса. Признаки цивилизации отсутствовали, но это не сильно пугало. Главное под ногами твердая почва, а я свободен.
Решив не тратить это серое непогожее утро попусту, я выбрал направление, и двинулся прочь. Впрочем, далеко от линии воды я не отходил, резонно полагая, что так у меня больше шансов встретить людей, чем если я углублюсь в лес. Уверенности придавало еще и то, что благодаря одежде Уома, я выглядел не беглым каторжанином, а потерпевшим крушение моряком.
Шел я долго, мечтая о теплой постели и горячей еде, но судьба дарила мне в ответ лишь мелкий дождик и голый горизонт. Жаловаться на это было грешно, ведь мое запланированное чудо уже произошло — я избежал каторги, и возможно мучительной смерти от удушливых испарений тиихила. Крутанул колесо судьбы.
Еще одной маленькой, но не смертельной неприятностью было то, что во время заплыва я потерял башмаки Уома, и теперь мелкие камушки и другой мусор больно впивались в ступни.
Недаром говорят, что если идти в одном направлении, то рано или поздно придешь к цели. Так случилось и со мной. Я увидел дымок от костра и опрометью бросился вперед. Вероятно в те минуты в моих глазах светилось детское счастье, ибо я поймал себя на мысли, что широко улыбаюсь.
Взобравшись на большой валун, за которым и виднелся дымок, я встал во весь рост и глянул вниз. На берегу, в пяти метрах от воды сидело двое мужчин, грея руки у костра. Одеты они были в кожаные доспехи с меховыми вкладками, и сразу было заметно, что люди это серьезные. Об этом говорили не только их суровые лица, иссеченные ветром, но и их оружие, что покоилось на расстоянии вытянутой руки от своих владельцев. Увидев меня, мужчины встали на ноги, но за мечами не потянулись. Это обнадеживало.
— Доброе утро, — крикнул я, поднимая руку в приветствии. — Или сейчас уже день? Не могу определить, солнца не видно за этими тучами.
Один из мужчин, плотно сбитый, с торчащей вперед рыжей бородой и такими же космами, посмотрел на меня из-под кустистых бровей.
— Кто таков будешь? — крикнул он в ответ.
— Путник, которому требуется помощь. Информация о ближайших поселениях, ну и немного еды, коли не жалко.
На костре у этих людей жарилась рыба, нацепленная на тонкие прутики, и запах что исходил от нее, туманил мне голову. Последний раз я ел сутки назад, да и то, это была скудная порция тюремной баланды.
Второй мужчина, спутник рыжего, имел несколько более щуплое телосложение, чем его товарищ, но слабаком я бы его не назвал. В таких случаях говорят жилистый. Помимо легкой брони, на этом парне был надет еще и коричневый плащ, а внешностью он немного смахивал на ворону. Нос крючком, словно клюв, и черные сальные волосы до плеч. Голос у мужчины оказался тягучим, словно кисель, говорил он немного растягивая слова.
— В этом мире нет бескорыстной помощи. За все нужно платить.
— Но у меня нет денег, — произнес я, в доказательство, выворачивая карманы.
Было видно как черноволосый открыл рот, чтобы меня послать куда подальше, но рыжий водрузил ему массивную руку на плечо.
— Брось. Когда-нибудь и ты будешь в беде, а тебе помогут, — пробасил он, а потом вновь посмотрел в мою сторону. — Спускайся, парень.
Но не смотря на свой голод и желание погреться у костра, я медлил. Мои глаза бегали попеременно от мечей в ножнах к их владельцам, и мужчины это заметили. Губы крючконосого презрительно искривились в усмешке, а рыжебородый расхохотался.
— Мы не разбойники, не бойся. А если бы даже это было и так, то сам же сказал, что с тебя брать нечего.
Я кивнул и боком спустился вниз, оказываясь на небольшом пляже, окаймленном скалами со всех сторон. Мужчины уже сели обратно, когда я подошел.
— Садись, — рыжий махнул рукой над костром, указывая на место аккурат напротив себя. — Рыба скоро готова будет. Еще минут пять. Вовремя подоспел.
— Спасибо, — я сел и протянул руки к огню, растирая их.
— Да что там, — отмахнулся рыжий. — Всякое случается в жизни. Я лично верю, что добро притягивает добро. И наоборот.
— Ага, как же, — фыркнул обладатель сальных волос, и я сразу понял, что с дружелюбием у этого парня проблемы. — Кто такой на самом деле будешь? Для путника одет слишком уж легко…
— Потерпел кораблекрушение. Еле на берег выплыл.
— Да? А как назывался корабль и куда он плыл?
Я запнулся, с подозрением глядя на черноволосого. Он мне не нравился.
Обстановку разрядил его товарищ. Добродушно хохотнув, он заявил:
— Не обращай на него внимания, он всегда такой. Звать-то хоть как?
— Будете смеяться, — начал я не уверенно, — но имени своего я не помню.
— Это как? — удивился рыжебородый. — У каждого человека есть имя. Я вон Орнад, а это — Легун.
Легун кисло поднял руку, мол, приятно познакомиться, после чего размешал угли в костре длинным кинжалом. Вверх взметнулись искры.
— Я… думаю меня можно называть Джеком, хоть я не уверен, что это имя мне подходит.
