Автор статьи обращается к биографии П.П. Семёнова, к временам его учёбы в Германии: «Путешествия – это география, величайшие авторитеты которой А. Гумбольдт и К. Риттер преподавали тогда в Берлинском университете. В 1853–55 гг. их лекции слушали П.П. Семенов и 3 его немецких друга: братья Адольф и Герман Шлагинвейты и Фердинанд Рихтгофен. Авторитеты страстно мечтали о Тянь-Шане, но, по преклонному возрасту попасть туда не могли. Мечтали о Тянь-Шане и слушатели, только немцы хотели идти с юга, а Семенов – с севера. Они четверо были друзья, представители близких географических школ, но путь с юга был на пользу Британии, а не России».
К. Риттер упомянут здесь не случайно. Ведь, начиная с 1852 года, Семенов по поручению ИРГО (Императорского Русского Географического Общества) переводил его многотомный труд «Землеведение Азии». Далее, «…выпустив в 1856 г. 1-й том (с объемными дополнениями), 6 мая отправился в свое знаменитое путешествие с целью сбора дополнительных материалов к последующим томам. Это была сущая правда, хотя и не вся – слова «Тянь-Шань» Семенов, вернувшись в Россию, вообще не произносил».
В то время отправиться в Туркестан частным образом было небезопасно. Молодому учёному пришлось ехать в Омск и просить разрешения и помощи у генерал-губернатора Сибири и Семиреченского края Г.Х. Гасфорта. Ссылка на ИРГО сделала своё дело – генерал хорошо знал, что председатель Общества – Великий князь Константин Павлович. Отказать было нельзя…
«В Верном пристав Большой Орды полковник Хоментовский выделил в распоряжение Семенова отряд казаков, с которым Семенов совершил поездку к восточному берегу Иссык-Куля. В конце сентября – на западный берег: через Чуйскую долину и Боамское ущелье. Затем – поездка в юго-восточную часть Джунгарского Алатау, и в Китай (в Кульджу). На зиму Семенов уехал в Барнаул, а в мае 1857 г. вместе с художником П.М. Кошаровым во главе большого каравана двинулся к истокам р. Нарын, а потом – р. Сарыджаз. И, наконец, Хан-Тенгри – сердце Тянь-Шаня!
Поездки были трудные, Тянь-Шань восхищал, был собран гербарий, образцы горных пород, накопились записи… Но сначала – письмо в Петербург. Написал и отправил из Семипалатинска 20 октября 1857 г. Вскоре выехал следом. В письме открыто назвал Тянь-Шань – Тянь-Шанем.
Письмо Семенова – письмо географа и государственного человека. В начале письма он объявил: «Главное мое внимание было обращено на исследование горных проходов…». Потом уточнил: «Число исследованных мною горных проходов значительно, именно 23». И привел список их названий.
Горный проход – это горный перевал, по которому можно пройти. А так как Семенов ехал верхом, а в караване были и верблюды, то ясно, что русская пехота этими проходами безусловно пройдет. Ясно также, что караван мог пройти лишь при доброжелательном отношении местных жителей или хотя бы значительной их части. А это так и было.
В европейских столицах, в первую очередь в Лондоне, Вестник ИРГО читали внимательно. Дело сделано!..
На Тянь-Шань Семенова больше не пустили… Пусть другие едут!»
И другие поехали. В 1857 году была успешная экспедиция в Бухару и Хорасан Н.В. Ханыкова, в 1858 – путешествие через Тянь-Шань в Кашгарию Ч.Ч. Валиханова, а Н.А. Северцова в Коканд.
Автор цитированной статьи делает вполне обоснованный вывод, что путешествие П.П. Семёнова стало ключевым событием в деле освоения русскими Туркестана: «Ханства замиряются, междоусобицы прекращаются, Россия «нависает» над Индией. Ни о каких британских десантах в Крым не может быть и речи».
Подвиг не остался без награды. Государственный ум Семёнова тоже не остался без применения. Он теперь не только «отец современной географии», энтомолог, искусствовед, статистик, государственный деятель. С 1882 г. он – сенатор, с 1897 – член Госсовета. «Заслуг перед Россией много, но в начале XX века слишком хорошо стало заметно, что означало для нее путешествие П.П. Семенова на Тянь-Шань и 10-страничное его письмо из Семипалатинска. В 1906 г. указ Николая II определяет П.П. Семенову и его потомкам уникальную среди русских награду – добавление к фамилии «Тян-Шанский». Такой ранее удостаивались лишь полководцы».
Это не единственный случай, когда учёный, путешественник, писатель – ещё и «боец невидимого фронта». Но здесь уникальность – в масштабе последствий, которые повлекли за собой единственная экспедиция Семёнова и его письмо на десяти страницах…
