Я не сразу поняла, что со мной случилось. Воспоминания о том странном перекрестке отпечатались в сознании очень отчетливо и не были похожи на сон, который стирается из памяти вскоре после пробуждения. Но случившееся было настолько нереальным, необъяснимым, что поначалу я решила, что это всё же было лишь фантазией. Когда я открыла глаза, то в первый момент испытала огромное облегчение от того, что выжила, поскольку после "света в конце тоннеля" я была уверена, что мое тело так и осталось лежать в исковерканной машине. Но затем, медленно, шаг за шагом, я начала осознавать, что влипла гораздо серьезнее, чем могло показаться. У меня несколько дней очень сильно болела голова, словно кто-то пытался проломить мне череп. Болели также руки и ноги, хотелось пить, и всё это было странно. Свое состояние после аварии я представляла себе совершенно по-другому -- гораздо тяжелее. Затем я обнаружила, что украшенный росписью потолок над головой совершенно не напоминает белый больничный, что не слышно писка приборов, а в воздухе не пахнет больницей. Вместо этого был застоявшийся спертый запах, словно помещение давно не проветривали. Рядом с кроватью почему-то горели свечи, которые вдобавок ко всему чадили, и, присмотревшись, я обнаружила, что они стояли в старинном подсвечнике. В довершение картины, люди, появившиеся вскоре рядом, меньше всего походили на медперсонал. Меня о чем-то спрашивали, что-то восклицали, но голова продолжала трещать, и соображала я по-прежнему плохо, и вскоре меня оставили в покое. Высокая женщина перед уходом бросила кому-то в коридоре: "Пошлите за доктором!", а после этого я то ли заснула, то ли потеряла сознание -- не знаю.
В следующий раз я проснулась днем. Судить о времени суток было тяжело, потому что закрытые ставни не позволяли определить, день сейчас или ночь, но до меня доносился приглушенный уличный шум, да и вошедшие вскоре в комнату люди не были похожи на тех, кого только что подняли с постели. Тогда я впервые увидела доктора, хотя прежде, чем его впустить, высокая женщина убедилась, что я как следует укрыта одеялом, так что осталась видна только голова. Доктор расспросил меня о моем самочувствии, называя меня всё так же "мисс Барнс", поговорил с высокой женщиной и удалился. Я же в тот момент была настолько потрясена тем, как сильно внезапно изменился мой голос, что не стала никому доказывать, что я вообще-то "мисс Эшфорд", отвечала односложно и в дискуссию не вступала.
Когда они ушли, и я снова осталась в полумраке, то проверила себя на наличие травм. К моему удивлению, я не нашла никаких видимых повреждений -- ни переломов, ни порезов, ни искалеченных конечностей. На руках и ногах, а также на боку обнаружилось несколько ушибов, но больше ничего, что напоминало бы о той аварии.
Глаза постепенно привыкли к темноте, и я смогла разглядеть окружающую обстановку. Новым невероятным открытием для меня стало то, что внезапно я с удивительной четкостью увидела предметы, которые раньше ни за что не смогла бы различить из-за плохого зрения. Ни очков, ни контактных линз на мне не было -- я даже пальцем в глаз себе аккуратно потыкала, чтобы убедиться, что линз действительно нет -- и внезапное обретение зрения вывело меня из равновесия еще на час. Немного успокоившись, я решила всё же "разведать" окружающую обстановку и быстро убедилась, что находилась не в больнице и даже не у себя дома. Более того -- окружающие предметы, казалось, были взяты из какой-то давно ушедшей эпохи, и у меня возникло впечатление, будто я попала в музей. Кровать с пологом, украшенные резьбой и завитушками комод и шкаф орехового дерева, вычурный туалетный столик с круглым зеркалом, софа у изножья кровати... Решив в первый момент, что у меня галлюцинации, я протерла глаза и обнаружила, что одета в длинную, до пят, плотную ночную рубашку, начинавшуюся сразу у горла. В душной комнате, да еще в этом балахоне, было невыносимо жарко, но я была так ошарашена внезапной догадкой, что позабыла о дискомфорте. Не может такого быть... Это невозможно! Подобное случается только в сказках!
Когда на третий день головная боль начала отступать, я решительно откинула одеяло и с трудом поднялась на ноги. Каждое движение давалось с усилием, но я, хватаясь за предметы мебели вокруг, добралась до туалетного столика и буквально упала на стул перед ним. А когда взглянула на свое отражение в зеркале, не сдержала вскрика.
