— Ну как тебе объяснить? У вас нет таких вещей, это штука, при помощи которой можно делать разные другие штуки… Можно, например, написать мелодию, нарисовать картинку, или, скажем, написать послание человеку, живущему за морями, за горами, и он получит его через мгновение. Это называется «Интернет» — всемирная сеть, можно что-нибудь сказать и твои слова передадут на другой край света…
— Как сигнальные костры?
— Что-то вроде. Но самое главное, — Силль понизил голос, — там можно увидеть картины… И вот на одной такой картине я увидел… тебя!
— Меня?! — изумилась Аэл'орри.
— Да, именно тебя, и сразу полюбил каждую твою чёрточку, — Силль с нежностью дотронулся до её лица, он не верил счастью и всё время боялся, что Аэл'орри окажется лишь очередным прекрасным сном. О, сколько таких снов он пересмотрел за это время! — Правда, тогда я решил, что ты всего лишь выдумка, фантазия художника… — признался он, наконец, собравшись с мыслями.
— Я выдумка? — растерялась эрфния. Она даже не могла припомнить, кто бы это мог нарисовать её портрет. Эрфния совсем позабыла того странного путешественника в нелепом, по их меркам, плаще, что так долго бродил по деревушке несколько вёсен назад, тайком зарисовывая всё в свой потрёпанный походный блокнотик самым простым карандашом…
— Я хочу рассказать тебе всё с самого начала. Однажды ночью я сидел за своим любимым компьютером и копался в Интернете. Совершенно случайно, на каком-то форуме я увидел рисунок. Это был простой полупрофессиональный рисунок, сделанный обычным карандашом, на нём была изображена девушка…
— Девушка? — Аэл'орри нахмурилась, возможно, это была ревность.
— Вот, — Силль вынул из-за пазухи прозрачный целлофановый файл, в котором был вложен лист бумаги А4 с распечатанным на принтере женским портретом. Он никогда не расставался с личной реликвией. Аэл'орри с изумлением узнала в изображённом лице то, что каждый день смотрело на неё по утрам из водной глади, когда она спускалась к реке, чтобы напиться или набрать воды для приготовления пищи.
— Неужели это я?! — она принялась тщательно рассматривать портрет.
— Да, это ты. У нас много рисуют, я не знаю, как объяснить тебе это… У вас есть те, кто рисуют природу или других суль'рир?
Аэл'орри задумчиво скосилась, стараясь припомнить:
— Не знаю, — она пожала плечами, — а, зачем изображать то, что и так уже есть?
Силль не знал, что на это ответить.
— У нас уже мало осталось лесов и рек, люди сами уничтожают свой мир, это трудно понять даже мне самому. Но этот рисунок, твой портрет… Я по привычке сохранил его и, думал, что забыл. Но вскоре я ощутил острую потребность вновь взглянуть в твои глаза…
Аэл'орри улыбнулась и с нежностью поглядела на Силля. Слова парня коснулись самых тонких струн её сердца.
— Я тоже хочу смотреть в твои глаза всегда, — прошептала она и, склонившись, нежно поцеловала Силля в лоб.
— Понимаешь, я подумал, что художник, создавший это лицо на бумаге, не мог просто выдумать тебя. Каждый человек, когда рисует лицо, либо срисовывает кого-то, либо рисует тот образ, который любит, но это значит, что раньше он уже где-то это видел…
— Зачем так сложно рассуждать? — Аэл'орри положила ладонь Силлю на грудь.
— Но я очень хотел, чтобы ты была реальностью! Я стал всеми возможными способами искать автора рисунка, я надеялся, что он расскажет мне, кто на самом деле изображён на портрете, — Силль замолчал и отвёл взгляд. — Я, наверное, выгляжу наивным…
— Совсем нет, что ты!
— Ну, а если бы ты только раз увидела отражение какого-то человека в воде, то стала бы искать его?
— Я бы поверила воде, она не умеет лгать!
— А, если, скажем, услышала бы про меня в песне ветра, разве поверила бы, что есть другой мир, и, что там есть такой вот я?
— Я бы и ветру поверила, он лучший певец, лишь соловей поёт красивее его, но и он не умеет лгать…
Ответы Аэл'орри были просты, но исполнены глубокого смысла, Силль даже растерялся.
— Я тоже поверил, что ты существуешь, и всё-таки нашёл этого художника. Он рассказал мне какую-то полную, как мне тогда показалось, абракадабру про параллельный мир, про тебя…
— Ты хотел, чтобы я оказалась настоящей, а не выдумкой, но не поверил, когда узнал правду? — Аэл'орри была просто поражена.
— Такие мы, люди…
— Смешные! — протянула Аэл'орри снисходительно, будто сама знала всё на свете.
— Я, правда, безумно желал, чтобы бы ты и вправду существовала…
— Я существую… — Аэл'орри улыбнулась.
— Потом я встретил странного человека с козлиной бородёнкой, которую он отчего-то постоянно мусолил в пальцах, мог бы сразу сбрить и забыть, раз так мешается. Он сказал, что прибыл из Адальира и позвал меня в ряды воинов Вавилона. Я решил, что он сумасшедший, и ты бы поняла меня, если бы с моё пожила на Земле. Мы там давно не верим в чудеса. Мы мало что знаем о самих себе, но уверены, что постигли весь окружающий нас мир, это парадокс.
— Я же говорю, смешные! — улыбнулась Аэл'орри.
