Эйнзель наклонился и подвел сложенные чашечкой ладони под ноги фигурки. Она свернулась оранжевым клубком и повисла, едва не касаясь кожи волшебника. Эйнзель медленно распрямился и прошел к лестнице, а потом осторожно двинулся внутрь башни. Вскоре он уже стоял перед императором Варсовраном.
– От адмирала Нарадия, ваше величество, – доложил он.
– Ты проверил пароль?
– Да. Все правильно.
Варсовран коротко кивнул, и, повинуясь его знаку, Эйнзель почтительно поклонился и протянул ладони. Клубок эфирной энергии снова обернулся крошечной фигуркой.
– Высокочтимый и верховный император, прошу вас принять почтенное послание от вашего слуги, гранд-адмирала Харрика Нарадия, – заговорила фигурка, также поклонившись Варсоврану.
«С огромным удовольствием спешу сообщить, что боевой флот видарианских пиратов во главе с Банзало уничтожен. Тридцать один корабль захвачен, остальные потоплены. Предводитель Банзало предположительно погиб в схватке. Все видарианские поселения на побережье континента Торея стерты с лица земли. Четырнадцать нелегальных поселений пиратов из других королевств захвачены и ликвидированы, а двенадцать тысяч здоровых и работоспособных жителей взяты в рабство. Примерно половина пленников – видарианцы, остальные из разных стран. Рабы направлены на добычу золота, серебра и других металлов, оставшихся в руинах Тореи. Сто двадцать пиратских судов захвачены поодиночке или малыми группами, и ваш флот прошел на юг до руин Уинзеля. Наши потери – пять кораблей. Мои намерения, которые хотелось бы представить на утверждение вашему высокочтимому и бесконечно мудрому величеству, состоят в том, чтобы разделить флот. Я намерен направить одну треть к Жироналю, чтобы добывать там сокровища силами рабов, а оставшимися боевыми судами окружить Торею, чтобы пресечь проникновение каких бы то ни было пиратов, которые могли бы расхищать золото и серебро, по праву принадлежащие только вам. К вашим услугам, телом и душой, гранд-адмирал Нарадий».
Эйнзель снова опустил руки, и на этот раз крошечная фигурка растворилась у него в ладонях и исчезла. Волшебник распрямился, а затем поклонился Варсоврану.
– Гранд-адмирал приложил много усилий, чтобы вернуть себе мое расположение, – заметил император. – Славные победы, огромные трофеи, захвачен континент, и при этом ему хватает здравого смысла признаться, что судьба Банзало ему неизвестна.
– Вы видите в этом проблему, ваше величество? – поинтересовался Эйнзель, допуская, что существуют политические обстоятельства, о которых он не осведомлен.
– Никаких проблем. Нарадий использует лучшие мои корабли, на которых находятся элитные подразделения морских пехотинцев, он верен мне как хорошо натасканный спаниель. Фортерон прикладывает все усилия, чтобы избежать неожиданностей, но готов зайти слишком далеко, если его не сдерживать. Вот почему я предпочитаю держать его рядом. Нарадию можно доверять, он всегда сделает именно то, что я ему приказал, особенно после того, как он получил титул принца-регента побережья Тореи и право забирать унцию золота из каждых двадцати, добытых на континенте.
– Это очень щедро с вашей стороны, – пробормотал Эйнзель, которому не слишком-то хорошо платили по сравнению с другими придворными.
– Этого достаточно: не слишком много, но и не мало. Фортерон тешит себя иллюзией, что он фаворит и герой, так что с ним тоже никаких проблем. Остается вопрос: что делать с Гриффа? Это яростный воин, но если поручить ему управление эскадрой больше чем в двадцать судов, начинаются затруднения. Говорят, что он просто умеет считать лишь до двадцати.
– Ровно столько у него пальцев, – пожал плечами Эйнзель.
– Отличная шутка, но ее предмет всерьез жаждет получить пост верховного адмирала флота, – вздохнул Варсовран.
– Такие люди часто мнят себя лучше своих монархов.
– Истинно так. Их нужно бить, демонстрируя мощь власти, и я как раз планирую такие меры теперь, когда Банзало выбыл из игры. Адмирал Гриффа получит в свое распоряжение небольшую эскадру самых быстрых кораблей и лучшие части морских пехотинцев. Мы назовем это подразделение Адской эскадрой. Будем использовать ее для стремительных рейдов и ударов по отдаленным портам, а также для перехвата вражеских судов.
– Гриффа сочтет это демонстрацией пренебрежительного к нему отношения.
– Не сочтет, если его назначить во главе эскорта Серебряной смерти на случай ее дальнейшего использования.
У Эйнзеля перехватило дыхание, он не смог скрыть смятения.
– Ваше величество, вы ведь не думаете об этом всерьез. Первое применение Серебряной смерти уничтожило целый континент, и до сих пор климат здесь, в Диомеде, заметно холоднее, чем всегда. Это из-за пыли и дыма с Тореи, закрывших солнце. Вы не можете…