– Ха-ха! Морочь голову другим. Бьюсь об заклад, о девственности ты можешь больше не говорить. Богатый покровитель тут же смоется, и до тестов тебя не допустят.
– Мы с приятелем вчера изучали…
– Хозяин таверны сказал, что устрицы и вино, которые ты купил…
– Он лжет! – воскликнул Ларон, невольно привлекая внимание тех, кто еще оставался в столовой, а также тех, кто ушел не слишком далеко.
– Это ты лжешь, – крикнул в ответ Старракин, твердо намереваясь уничтожить Ларона, раз уж не удалось шантажировать его. – Ты обманул своего покровителя, ты никогда не пройдешь испытание и не станешь колдуном, ты связался со старой, мерзкой шлюхой…
Ларон резким движением опрокинул поднос в лицо Старракина, а затем поднял стол и обрушил его на голову противника. Тот сумел увернуться от этой атаки, и они покатились по полу, нанося пинки и удары друг другу. Потом им удалось вскочить на ноги, оба замерли в боевой стойке. Старракин был раза в два тяжелее Ларона, поэтому не сомневался в своей победе. Он размахнулся и нанес мощный удар. Ларон перенес вес на правую пятку, отразил удар правой рукой, одновременно схватив левой запястье Старракина, выкрутив ему руку и ударяя левым бедром в живот виндиканца, а в следующее мгновение дернул его руку вниз.
Старракин на секунду оказался в воздухе, а потом тяжело рухнул на пол позади Ларона. При этом он опрокинул соседний стол, который с грохотом упал рядом. Ларон тут же оказался над поверженным противником и нанес три стремительных удара в лицо, прежде чем один из молодых преподавателей сумел оттащить его в сторону, обхватив сзади и буквально оторвав от земли. Старракин лежал плашмя, оглушенный и растерянный, на его физиономии виднелись следы, предвещавшие появление синяков. Ларон все еще пытался вырваться, изрыгая проклятья, вызывая Старракина на дуэль, предоставляя ему выбор оружия. К этому времени некоторые студенты уж успели вызвать сестру, оказывавшую медицинскую помощь. В зале появилась Пеллиен с сумкой лекарств и инструментов, она энергично протискивалась сквозь толпу, пока внезапно не увидела Ларона.
– Кажется, они подрались из-за чести какой-то женщины, – пояснила ей Лавенчи громким шепотом.
– Известно, о ком речь?
– Никто не знает, но Ларон избил виндиканца за то, что тот заявил, что они провели вместе прошлую ночь.
В это время в столовой появилась разгневанная Ивендель.
– Что здесь происходит? – сурово потребовала она отчета.
– Он напал на меня! – заскулил Старракин.
– Он оскорбил женщину! – рявкнул Ларон.
– Кто нанес первый удар? – изменила вопрос Ивендель.
– Он! – заявил Ларон.
– Нет! Сначала он бросил в меня поднос, толкнул на меня стол, – возразил Старракин.
Виндиканец наконец поднялся на ноги, хотя заметно покачнулся при этом. Ларона поставили на пол и освободили от захвата.
– Что ты сказал Ларону? – уточнила Ивендель.
– Я сказал, что прошлой ночью он, как бы это сказать помягче, занимался сексом со старой шлюхой.
– И на каком основании…
В это мгновение выпущенный Лароном эфирный шар взорвался у ног Старракина, воспламенив участок пола и башмаки жертвы. Старракин подпрыгнул и завизжал. Общее смятение сменилось попытками погасить огонь. Старракина и Ларона заставили опуститься на колени перед Ивендель. Пеллиен держалась на заднем плане, скрестив руки на груди и внимательно разглядывая золотой листок, вытканный в верхнем углу настенного панно, висевшего за спиной Ивендель.
– Здесь академия, а не королевский двор, – произнесла Ивендель. – Такого рода поведения категорически запрещено.
– Он оскорбил женщину. Это вопрос чести, – упрямо заявил Ларон.
– Все это ясно и отчетливо слышали мои преподаватели, студенты, повара, уборщики, прачки, сестра, большинство прохожих. Назови ее имя.
– Нет.
– Старракин?
– Я не знаю. Я могу только гадать.
– Итак, о какой женщине идет речь, известно только тебе, Ларон, и все же ты сломал стол, произнес заклинание в столовой, нанося ущерб академии, избил Старракина и едва не спалил его во имя ее чести? Что значит для тебя эта женщина?
– Она мой друг. И если я не вступлюсь за ее честь, кто еще сделает это?
Пеллиен вздрогнула, испытывая одновременно гордость и чувство вины.
– Именно ты напал на Старракина, ты начал драку, – заключила Ивендель. – Ты нарушил правила академии. В течение трех дней ты должен покинуть эти стены.
Старракину хватило ума не ухмыльнуться слишком явно. Ларон на секунду задумался, а затем принял молниеносное тактическое решение:
– Я имею право просить принять у меня экзамены и провести испытания по контролю над эфирной энергией в любой момент, – громко провозгласил он.
– Для посвящение девятого уровня? Ты провалишь экзамены. Это так же ясно, как и то, что солнце каждый день является на небе.
– Случаются облачные дни, например сегодня, ректор. Кроме того, сохранение девственности проверяют на третий день, когда уже пройден тест на контроль над эфирной энергией. И именно это станет доказательством чести моего друга – женщины, о которой идет речь.