Дракон вздрогнул, судорога пробежала по его длинному телу. На наших глазах он стал съеживаться: его кольца расплетались, сжимались и скручивались снова. Затем раздался громкий хлопок, и дракон исчез, а на его месте оказался человек. Это был красивый чернокожий мужчина с красными глазами и в красной одежде. Белые зубы ослепительно сверкнули, и он отвесил нам поклон.
– Добро пожаловать в мой небесный дворец. Не хотите поохотиться? Перекусить? Освежиться?
Кишан покачал головой:
– Нет, мы бы хотели получить то, за чем пришли.
– Ах да, разумеется. Похоже, я слишком давно в последний раз принимал гостей. – Дракон улыбнулся всеми зубами. – Следуйте за мной. Я покажу вам то, что вам нужно.
Он повел нас по своему сверкающему дворцу. Кругом все сверкало, бесконечно умножая наши отражения, словно мы попали в огромную комнату смеха. Наш провожатый подвел нас к постаменту, на котором лежал какой-то сверкающий предмет. Щурясь от яркого света, я уставилась на него, пытаясь понять, что это.
Кишан взял предмет в руки:
– Секстант.
Наклонившись, чтобы поближе рассмотреть тяжелый прибор, я увидела нечто, похожее на телескоп, закрепленный на сверкающей раме в форме ломтика пирога. Вдоль радиуса рамы были нанесены числа. Все детали сложного инструмента, которые обычно делаются из стекла и металла, были выполнены из отполированных драгоценных камней.
– Да, это секстант, – подтвердил красный дракон. – Он приведет вас к моему брату. Если мы сторгуемся, конечно.
Следуя за ним, мы вышли через дверь на большой балкон, паривший в бескрайнем космосе. Дракон указал нам на две звезды. Одна из них горела ярко, другая едва теплилась.
– Вы дали согласие починить мою звезду.
Некоторое время мы все вместе молча разглядывали звезды, потом дракон ушел, а мы стали негромко обсуждать, что делать. Я попыталась воспользоваться силой молний, но мои лучи не достигали звезды. Кишан предложил запустить чакру, но я испугалась, что мы можем потерять ее в просторах Вселенной. Поскольку больше ничего умного нам в голову не пришло, Кишан ушел посоветоваться с драконом и вскоре вернулся с ответом:
– Лунцзунь согласился заменить починку звезды партией в шахматы. Если мы выиграем, он отдаст секстант. А если проиграем, один из нас останется здесь.
– Мне это не нравится, – сказала я. – Тем более что я очень плохо играю.
Рен и Кишан переглянулись, потом Рен сказал:
– Ты играешь лучше меня. У тебя только Кадам может выиграть.
Кишан кивнул и ушел. Мы с Реном отправились следом, чтобы наблюдать за игрой. Дракон взял себе черные сверкающие фигуры, Кишану достались прозрачные белые. Кишан ходил первым. Через несколько ходов я начала бояться, что он проиграет. Дракон загадочно улыбался, терпеливо дожидаясь следующего хода Кишана. Я запаниковала и пихнула Рена локтем.
Он молча вышел из комнаты вместе со мной, и я сказала ему, что хочу попробовать еще один способ, но для этого мне нужен трезубец. Рен отдал мне его, а я попросила у Шарфа сплести мне стометровый трос и привязала его одним концом к балкону. Потом велела Шарфу туго-туго оплести второй конец вокруг рукоятки трезубца.
Когда все было готово, я отдала трезубец Рену.
Он вопросительно посмотрел на меня.
– Что ты хочешь?
– Забрось трезубец на звезду и притяни ее к нам!
– Ты думаешь, это возможно?
– Надеюсь, волшебный трезубец справится. А Шарф удлинит веревку на ходу и вернет трезубец обратно, если мы промажем. Я бы сама все сделала, но боюсь, что у меня не хватит сил.
Рен кивнул и сделал несколько шагов вперед. Тщательно прицелившись, он метнул трезубец в пустоту, как копье. И промахнулся.
Я попросила Шарф вернуть трезубец с веревкой обратно, чтобы повторить попытку. Тут мы услышали, как дракон в комнате весело воскликнул: «Шах!» – и поняли, что наше время на исходе.
– Целься выше. Я думаю, свет звезды отражается от дворца и сбивает тебя.
На этот раз Рен прицелился правильно, трезубец со свистом прорезал воздух и помчался прямо к звезде. Вскоре раздался глухой удар – цель была поражена. Дальше наступило самое трудное. Мы с Реном ухватились за шелковый трос, сплетенный Шарфом, и стали тянуть. Примерно через минуту мы почувствовали, что веревка подается. Мы тянули и тянули, пока звезда не сошла со своего места и не стала приближаться к балкону. Когда она оказалась совсем близко, Рен вскочил на перила и раскинул руки, чтобы поймать светило.
Да, я знаю сейчас и знала тогда, что все это физически невозможно. Звезды не двигаются, и они испепелят любого, кто к ним приблизится. Но я решила, что лучше не буду забивать себе голову этими размышлениями.
Рен вытащил трезубец из звезды, велел Шарфу убрать веревку и повернулся ко мне:
– Что теперь?
– А теперь поджарим ее!
Я протянула руку к звезде, дождалась, когда знакомое ощущение бурлящей лавы затопит меня изнутри, и выбросила вперед ладонь. Моя рука засветилась, луч белого света ударил в звезду. Я направила в нее всю свою энергию, и на какую-то секунду мне показалось, будто звезда вспыхнула ярче, но почти сразу же она снова погасла.
– В чем дело? – спросил Рен, подходя ко мне.
– Не знаю.
– Попробуй еще раз.
