– Она, – протянул Алхимик мечтательно.
– У нее даже ручки нет.
Раздался скрипучий смех.
– То-то и оно. Нет ручки. Зачем она, если эту дверь открывает вовсе не рука живого? А? Ты-то наверняка догадался, – Алхимик развернулся к Вику, – когда услышал стих. Хитрый. Потащил его за собой.
На лице Вика была привычная каменная маска, подходящая на все случаи жизни, от радости до гнева, но глаза опасно сузились. Алхимик гадко хихикнул, и Теодор дернулся от отвращения.
– Ты нас здорово провел. Мас-ска… Мас-стер плести за спиной интриги, всегда со своими собственными целями. Кто бы мог подумать.
– Вы не понимаете.
– Неужели? Ну что-с, начнем? Александру, вы знаете… Постарайтесь до самого конца не…
– Знаю.
– Да-да, извините, просто еще раз предупредил. Раньше, чем дверь откроется и мы войдем, ни в коем случае мальчика не… Что бы он ни делал, что бы ни происходило.
На лице Алхимика проступил страх. Теодор чувствовал, что старик колеблется и ему смертельно страшно, будто он собирается выпустить змею из корзинки и натравить на врага, но боится за себя…
– Ну что же… что же… – Алхимик протер вспотевший лоб. – Начнем, да. Мальчик, ты должен открыть дверь. Сейчас.
Лезвие чуть сильнее надавило на горло. Вангели сделал это нарочно, и Тео зашипел от боли. Ярость переполняла жилы, по лбу текли струйки пота, и на миг вновь показалось, будто по холмам пронеслась тень, словно от тучи.
– В последнем туре ты открывал свою тень ключом. Где он?
– В… – Тео сглотнул. – В дневнике… в кармане…
Он потянулся к груди.
– Я сам.
Рука, жесткая и холодная, похлопала по груди. Распахнула плащ и нырнула во внутренний карман, из которого Вангели вытащил старую тетрадку. Тео затрясся от ярости.
– Не шевелись.
Вангели повертел дневник перед глазами. Углядел, что между страниц что-то заложено, вытянул тетрадь перед собой и распахнул, по-прежнему держа кинжал у горла Тео. Тот скосил глаза. Белые страницы раскрылись на последней записи. И между ними…
– Вот он! – В голосе мэра послышалось мрачное торжество. – Возьми его в руку. Медленно.
Дневник пододвинулся Теодору. Он устало поднял руку и почти вслепую – глаза заливал пот – нащупал между страниц маленький предмет.
– Отлично, отлично! – воскликнул Алхимик. – А теперь ты откроешь им дверь.
– А если откажусь?
– Ты не в том положении, чтобы выбирать-с. Давай, мальчик.
– Чтоб вы…
Теодор выругался и нехотя выставил ногу вперед, но старик вскрикнул, и лезвие ножа тут же угрожающе усилило нажим, а над плечом прозвучал ледяной голос Вангели:
– Стой, я сказал. Не двигайся. Иначе…
Теодор застыл, быстро и тяжело дыша.
– Что?
– Стой на месте. Открывай.
– В… в смысле?
«Я что, силой мысли должен отпирать эту идиотскую дверь? Сбрендили? Да что происходит-то?!»
– Открывай с места.
– Александру, может, мальчик не догадался, что он Открыватель?
Открыватель. Горгулья тоже назвала его Открывателем. Значит, это правда. Это он должен открыть Дверь в Ищи-не-найдешь. Потому что у него теневой ключ.
– Александру, командуйте, что он должен сделать.
– Хорошо. – Каждое слово мэра падало на плечи, точно отлитое из свинца, так что Тео вздрогнул. – Тень. Давай поскорее.
– Что тень?
– Вызови тень и отдай ей ключ.
Все напряженно смотрели на Теодора. Тишина звенела, точно стекло.
– У меня нет тени.
– Нет, – ровно и не колеблясь сказал мэр, – неправда. Она у тебя есть.
Вдруг раздался крик:
– Не надо!
Змеевик выступил вперед, но Алхимик зафыркал, размахивая ножом:
– Тихо-тихо!
Вик смотрел на Вангели. Воздух между ними наливался тяжестью, словно перед грозой.
– Ты ведь догадался, – сказал Вангели. – Ты все знаешь.
Сквозь маску Вика проступило волнение.
– Открыть эту дверь по-другому не получится. Титу испробовал все.
– Да я и не думал, что сработает, но нужно было проверить-с! В летописях так мало записей, кхе-кхе! Правды не выудишь… Но в том источнике, о котором я вам говорил, было точно сказано, что в Макабре три стороны… Игрок Икс. Я думаю, это таки правда. А потом еще увидел в Золотом Замке, что у мальчика нет тени, ну и сложил два плюс два-с, да только поздно… Эх, раньше бы…
– Это неважно.
– Так значит… – Змеевик поглядел на Теодора. На лбу залегла складка. – Нельзя этого делать. Вы не понимаете. Вангели, послушайте…
– Нет. Дверь должна открыться. Ваша помощь, нежитель Маска, больше не нужна. Кроме этого момента…
– Я не буду помогать.
– Вам придется, – холодно заявил Вангели.
Казалось, этот холод долетел до самого Змеевика, и тот ссутулился. Сквозь камень проступали эмоции. Внутри Теодора все переворачивалось от услышанного. Ворочалось нехорошее чувство. Гадкое, будто кто подливал дегтя в суп.
– Вик… – Он посмотрел на Змеевика. Вик только сжал губы.
– Что за… – зашипела Шныряла, тоже уставясь на Вика. – Какого змея тут происходит?..
– «Только тень ее дверь открывает». Ты – участник третьей стороны. Единственный в Макабре. Мы только сейчас поняли это… Ты – Открыватель. И твоя дверь в последнем туре – тоже тень. Ты вызовешь нелюдимскую тень прямо сейчас и откроешь дверь. И если ты этого не сделаешь…
Тео прикрыл веки. Колени дрожали от напряжения.
Тень…
